четверг, 13 декабря 2018 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

Евгений Якунов: Как Владимир Путин убил РПЦ Патриарх Кирилл тужится, пытается «оправдать». Но на его место уже подыскивают настоящего некроносца

Война между западным и восточным православием становится все более реальной. И я даже не представляю, каким может быть продолжение. Зато почти точно знаю, чем все закончится – пишет Евгений Якунов для Укринформа. – Московское православие как «мировая религия» (такой они себя считают) прекратит свое существование. Знамение было: падение освященного московским священником «Союза». Уже очевидно, что никакого «Союза» ни в том, древнем значении советской империи, ни в смысле союза православных автокефалий уже нет.

Российские богословы накануне Минского синода советовали Кириллу-Гундяеву сделать тактический ход – поставить и свою подпись под украинским Томосом. И лицо, мол, сохраним и влияние на Украину хоть какое-то, возможно, тоже. Украинский же народ зла не помнит…

Думаю, это напрасные надежды. Напрасные не из-за упрямства Кирила, а из-за того, что джина обратно в бутылку уже не загонишь. Процесс пошел.

Я не знаю, существует ли хоть гипотетическая возможность Константинопольскому патриархату дать задний ход. Думаю, что нет. Предоставление Томоса, может, и затянется, но дело сделано – две украинские церкви перешли в другое, европейское «гражданство», и вряд ли кто-то оттуда их способен вернуть в прошлое – такого позора православию не видеть.

То, что казалось волосяной трещиной на штукатурке, все больше становится похожим на разлом тектонических плит, которые открывают мировоззренческую и духовную «марианскую впадину» между верующим россиянином и верующим украинцем. И Онуфрий со своим клиром похожи сегодня на героев известного романа Жозе Сарамаго, которые пытались тремя машинами жидкого бетона склеить дрейфующие в разные стороны света части Пиренейского полуострова.

Поспешное отступление с позиций радикального украинофобства – участие в военном параде и упоминание в проповеди «защитников Украины» – это шаг вперед в сравнении с 2015 годом (когда Онуфрий в ВР не встал во время зачитывания имен героев Украины). Но что с того шага, если одна нога все еще остается по ту, российскую сторону разлома?

Былинный камень на распутье предупреждает о неизбежных потерях, в какую бы сторону предстоятель УПЦ МП не пошел. Но это тот момент, когда медлить уже нельзя.

Кажется, предыдущий глава УПЦ МП Владимир Сабодан все это предвидел и делал хотя бы виртуальные шаги к самостоятельности украинской церкви. Онуфрий же, очевидно, стал заложником кирилловской – и следовательно, путинской – милости, которой и был назначен на свой пост. Его покорность на синоде в Минске, бессловесное (и единоличное, без согласия Синода) дублирование для верующих УПЦ МП кирилловского запрета на участие в таинствах и сослужениях с Константинопольским патриархатом, к сожалению, это подтверждают.

После решений Константинополя УПЦ МП уменьшается на глазах, тускнеет золото ее церковных куполов. Может так случиться, что со временем приходы МП превратятся в лакуны чужой цивилизации, растворятся во времени. Хотя Константинополь все еще оставляет ему игольное ушко для единения – с надеждой, что «митрополит Онуфрий и его иерархи с мудростью отнесутся к новым изменениям».

Москва неоднократно пыталась преодолеть церковный раскол в Украине. Но так и не смогла этого сделать, показав свою слабость и несостоятельность. И дело здесь не в Филарете, и не в Варфоломее – просто методы и идейная подоплека этого неестественного объединения Киева и Москвы были неприемлемы еще в давние времена, а сегодня – и подавно.

«ФЕДОТ, ДА НЕ ТОТ»

Нет религии без легенды. Однако надо отличать легенду от лжи. Попытки поспорить с Фанаром языком исторических фактов – со стороны московских клириков было плохой идеей. Ведь вся история российской империи, сфальсифицированная с такой тщательностью многими поколениями российских пропагандистов, при столкновении с реальными, документальными свидетельствами разрушается. Не выдерживает дневного света, как говорят в таких случаях.

Столько лет российские церковники вбивали в головы верующим украинцам (да и россиянам), что Киевский патриархат подарен Москве Константинополем на веки вечные. Оказалось, что не подарен, а только передано право назначать киевского патриарха, да и то – учитывая тяжелые тогда для Константинопольской церкви времена, которые, несомненно, потом прошли.

Было известно и раньше, но только сейчас открылось многим, что не московская церковь является матерью киевской, а наоборот. Что настоящий раскол произошел в 1459 году, когда поместный синод России в одностороннем порядке решил избирать московского митрополита без согласования с Константинополем, но Константинополь это нарушение канонов великодушно простил.

Что в решении московского собора, который утвердил патриаршество в 1589 году за Москвой, не значатся ни Киев, ни епархии Украины (или Малороссии), а говорится лишь про «всю Московскую область и всю Россию и северные страны».

Стая придворных богословов взялась доказывать, что принадлежность Украины к РПЦ подразумевается «по умолчанию». Но их быстро высмеяли свои же российские богословы вроде Кураева.

То есть, как говорят в России, – «Федот, да не тот». Как неосмотрительно проговорился на одном пропагандистском российском канале доктор исторических наук Александр Сытин: «Это крайне негативно скажется на РПЦ. Почему? Потому что там выясняются интересные вещи…»

Разрушение вымышленной истории Русского православия, как показала оживленная дискуссия в соцсетях, шокировала россиян. Они бросились читать забытых историков. В сети даже появилась фотожаба с ошарашенным киногероем, который судорожно затягивается сигареткой, и подпись: «Когда пролистал историю церкви».

Но ведь этим разрушается не только церковь, но и империя в целом, которая на «тысячелетнее русское православие» опиралась. И у каждого жителя этой империи теперь есть повод задуматься: «А не являются ли фейками и другие страницы российской истории?» с ее александрами невскими, дмитриями донскими, александрами матросовыми…Существует ли вообще такое понятие как Россия, не украдено ли это название, не является ли русским языком заимствованный болгарско-украинский суржик?

Мы-то все это уже знаем, а им раскол, начатый Кириллом, – поможет…

СКАЗКА О ПОПЕ

Так сложилось, что у россиян немного другое отношение к вере, чем у украинцев. Точнее – украинцы более религиозны.

Продвинутые россияне, особенно интеллигенция, охотно находят время и желание поиздеваться над русскими попами. Я никогда не видел и не слышал столь резкой критики от украинских интеллигентов – даже в отношении Московского патриархата.

Дело здесь в самих московских попах, которые испокон веков пропагандировали невежество как добродетель, а тягу к светским знаниям называли дьявольским искушением. Это невежество всевладно царит в информационном поле России. И доходит до гротеска – когда судят за пост «Бога нет!» в соцсетях, когда требуют переписать сказку Пушкина «О попе и его работнике Балде», рисуют муралы с распятым Гагариным, молятся на иконы с изображением Путина и маршала Жукова, экстатически барахтаются в грязи, ползают, везя на спинах упитанных батюшек…

Богатство знаний заменяется богатством иерархов, служение людям – церковным бизнесом, который достиг гигантских масштабов и не мешает торговать церковной утварью с «раскольниками» – лишь бы деньги шли.

Московско-Константинопольский конфликт еще больше расшевелил этот вертеп. Российский православный волонтер Юрий Белановский разочарованно пишет, что когда-то мечтал, чтобы все люди вокруг говорили о вере и церкви. Сегодня – говорят, «в очереди в Ашане, на приеме у терапевта, в вагоне метро, в перерывах на совещаниях с чиновниками, в прайм-таймах на телеэкранах – везде религия!».

Но есть ли что-то о вере в этих разговорах? «Сегодня Православие в России – это крик или даже приказ Богу: отойди в сторону, не мешай, видишь, взрослые дяди свои дела решают, разборки устраивают за «территориальную целостность»… И небольшое горное озеро православной веры вышло из берегов. Ручьи стали мутными селевыми потоками и теперь уже сносят все вокруг… Юношеские мечты осуществились, только сегодня я сожалею, что все оно так. Я теперь знаю, что даже у самой светлой религии есть темная сторона».

Вынужденный подчиняться властям, образованный россиянин не говорит лишнего. Но поражение Кирилла в войне против Украинской автокефалии разверзнет уста. При благоприятных для нас условиях Украинская независимая поместная церковь по численности приходов может сравниться с РПЦ, а то и опередить ее – а это превратит Кирила из «гиганта» в карлика. И ему этого не простят. Потому что «Москва бьет с носка и слезам не верит». И особенно жестоко будут бить те невежды, на которых опирается его церковь и которые – дикие и неопрятные, в казачих папахах, штанах с лампасами и огромных крестах поверх ватников – убивали украинцев на Донбассе. Они не простят потерю величия…

ВЕРА В КАНТЕМИРОВСКИЕ ДИВИЗИИ

Когда-то Сталин насмехался над Папой Римским, спрашивая: «А сколько у него дивизий?».

У патриарха Кирилла есть что на это ответить. Российская армия всегда готова прийти на помощь «рускому православию», даже если для этого надо будет зайти танками на чужую территорию и убить несколько тысяч местных христиан. Для этого надо лишь принять решение, что «религиозные вопросы в Украине уже не являются внутренним делом Украины», как это порекомендовал российский «писатель-патриот» Николай Стариков. «Кантемировским дивизиям приготовиться!» – отреагировали на это соцсети.

Братья Стругацкие предсказали российское настоящее, когда писали, что «черные всегда приходят к власти там, где царит серость». Воинствующий монашеский орден уже выстроился. Офицеры (помните специфическое «Так точно!» в телеэфире от патриаршего пресс-секретаря?) уже готовы проливать кровь паломников в Почаеве, уничтожать в Печерской Лавре «комаров, которых заражают в американских лабораториях на территории бывшего СССР, чтобы нести угрозу населению». А если надо – то и «душит греков, тварей продажных, предателей», как призывает актер и священник РПЦ Иван Охлобыстин.

Танками и церковью разрушить сопротивление легче, чем одними только танками. Тем более, когда церковью территория уже оккупирована. Поэтому освященные танки (как российские в ОРДЛО) «снаряд не берет», а атомная война, объявленная российскими богословами такой, что «очистит мир от греха», – настоящего православного не должна пугать. Тем более, что сам Путин вселил в россиян надежду: «Мы как мученики попадем в рай, а они просто сдохнут, потому что даже покаяться не успеют».

После этого даже тот же Андрей Кураев (а он враг и Украинской автокефалии, и Константинополя) написал: «Теперь уже точно с Фанаром у нас разная вера».

Истинная правда скрывается за этой иронией!

ИГИЛ КАК ИДЕАЛ

Современные теоретики «русского мира» отрицали возможность построения русской цивилизации на основе православия как мировой религии. В своем исследовании такой себе Шевченко в статье «К дискуссиям о распаде России…» объяснил, что в РФ набирает силу ислам, восстанавливается буддизм, и это может привести к межрелигиозным войнам.

Единственный выход – жестко подчинить церковь государству, сделать ее инструментом постоянной реинкарнации империи, войны с вольномыслием. Словом, скрестить РПЦ с ИГИЛ – и создать монстра, который будет действовать не убеждением, а репрессиями и подкупом, используя для этого силовые органы государства и его бюджет.

Собственно говоря, это уже не церковь и это уже не вера. А канцелярия, которая штампует директивы для государственного вмешательства в такую интимную сферу человеческого естества, которой является вера. Такое себе министерство ереси, построенное на принципах манихейского отторжения «грешного реального мира», помыслах смерти и волнительного ожидания конца света. Помните путинский догмат: «Зачем нам мир, если в нем нет России?».

Сам Путин, несмотря на свою показную набожность, в никакого бога не верит. Своими играми с РПЦ он пытается обмануть и Всевышнего. Потому что в стране, власть над которой он захватил, уже давно не действуют евангельские заповеди, уже давно правящий класс служит не Христу, а Маммоне, а слова «не убий» на фоне тысяч ядерных боеголовок и постоянных захватнических войн, которые затевает Россия, – выглядят анахронизмом.

Путин, судя по всему, не видит разницы между последующим оцерковлением общественной жизни и ее ресталинизацией. И то, и другое должно служить одной цели, сформулированной еще теоретиками «русской идеи» – Достоевским и Тютчевым – и подхваченной российскими царями, – ломание через колено и под русские шаблоны всего мира.

Для этого не нужны верующие. Для этого нужны солдаты. А еще лучше – рабы. Русская православная церковь с этим согласна.

МЫ НЕ РАБЫ

В западном христианстве верующий человек должен в делах своих приблизиться к Богу. В московском – терпеть насилие своих хозяев и молиться.

Тех, кто хоть немного поднимает голову – ждет кара. Как того белорусского священника Александра Шрамко – который снял фоторепортаж о визите Кирилла в Минск и имел смелость усомниться: а нужны ли патриарху аж 9 бодигардов? Чего он так боится? Расправа была быстрой – «запрещение в служении».

Эволюция общей покорности идет стремительно. Сначала – любовь к царям и Сталину. Затем – глубокая убежденность, что отмена крепостного права 1861 года в России была ошибкой. А совсем недавно отец Всеволод Чаплин уже рассказал россиянам о пользе рабства.

«Главная проблема современного православия – это то, что мы разучились быть рабами… – поучает о. Всеволод. – В христианской Традиции раб Божий – это раб Государства, Государя, раб судьи, раб своего начальника, раб чиновника, раб полицейского…» Рабское сознание, советует Чаплин, дает возможность нам правильно относиться к часам патриарха Кирилла, к дорогим иномаркам священноначалия… «Мы должны взращивать в себе раба».

Найдется ли хоть один украинец, который бы согласился на это предложение? Уверен, что нет. Тогда как может «Украинская православная церковь» Онуфрия находиться в одном патриархате с о. Чаплиным?

Как может быть общей вера, если то, что черное для нас, для РПЦ – белое; то, что для нас война, для них – мир; то, что для нас ненавистное, для них – праведное.

Нельзя, чтобы Кирилл ездил по церквям без охраны, ответил в соцсетях минскому священнику Шрамко его российский коллега, потому что «он является одним из самых ненавистных в мире и стране людей. И, учитывая то, как его ненавидят, можно с уверенностью сказать, что он праведник и мученик».

И не спросил сам себя бедолага: а за что, собственно, этого Кирила все так «в мире и стране» ненавидят?

СТРАНА ДОХЛЫХ КУРДЛЕЙ

…У Станислава Лема, польского фантаста, родившегося во Львове, есть роман про одну планету, жители которой решили вернуться к традиционным ценностям. А традиции были такими – их предки спасались от хищных зверей и метеоритных дождей под броней гигантских животных – курдлей, а точнее – жили в их (извините) кишечниках, как сами знаете кто.

Впрочем, попытки вернуть эту «народную традицию» закончились плохо – несчастные курдли то ли из-за токсикоза, вызванного паразитами, то ли из-за плохой экологии, – начали умирать один за другим. Аборигены не хотели себе в этом признаться и продолжали из последних сил таскать по бескрайним сцьоргам скелеты дохлых великанов, обтянутые вонючей кожей. Переставляли их ноги, с помощью длинных шестов поворачивали головы и махали их хвостами. Потому что боялись: а вдруг их многочисленные враги, которые намного обогнали их в технологиях, заметят подмену и легко захватят эти бескрайние сцьорги…

Кирилловская РПЦ становится все больше похожей на такого фейкового великана. Потому что настоящая церковь – живая, она живет и греет своим светом. Чтобы заставить ее поворачивать голову в ту сторону, в которую хочет царь, и передвигать ноги с той скоростью, при которой его не тошнит от морской болезни – для этого церковь надо умертвить. Это Путину удалось.

Но в Москве не любят слабаков. А Гундяев – слабак, потому что уже не тянет он того мертвеца. Метрополии, которые должны были подпирать шестами костяк, вовсю разбегаются.

Почему так легко отпустил? Почему не остановил? Не наказал? Может, потому, что когда-то считался либералом, а «либерал» – в России слово матерное? Или потому, что обязан Филарету? Сам же признался недавно, что «митрополит Филарет в какой-то момент жизни даже посодействовал, чтобы с меня было снято пятно человека политически неблагонадежного». Может, он, Кирилл, – шпион вражеский?

Кирилл тужится, пытается «оправдать». Но на его место уже подыскивают настоящего некроносца. Тем более, что в народе уже слух пошел: а почему бы нам, раз уж такое началось, не вернуться к старообрядчеству?

Поговаривают, на замену есть у царя две кандидатуры на примете – фундаменталистов-ретроградов. Это – Варсонофий (Судаков), митрополит Санкт-Петербургский и духовник Путина – митрополит Тихон (Шовкунов). Они готовы подхватить знамя и нести это чучело курдля дальше по бескрайним просторам Курдлестана, пугая прохожих.

Вряд ли нам с ними по пути.



Поделитесь.




Новости партнеров



Оставьте комментарий

двенадцать + десять =