понедельник, 16 июля 2018 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

Трамп одобрил новую гражданскую войну в Ираке Нерешительность США лишь усугубляет конфликт между властями Ирака и курдской автономией. В противостояние активно включаются Иран, Турция и ИГИЛ

Референдум о независимости Иракского Курдистана, проведенный 25 сентября, вместе с территориальными приобретениями курдов привел к резкому скачку напряжений между Эрбилем и Багдадом. Это еще мягко сказано. Курды выбрали удачный, по их мнению, момент – борьбу с боевиками «Исламского государства». То есть, когда они в альянсе с правительственными силами Ирака, шиитским ополчением и американцами занялись освобождением от джихадистов городов, в том числе богатых нефтью районов Мосула (к северо-западу от столицы Иракского Курдистана) и Киркука (к юго-востоку от Эрбиля), пишет Владислав Гирман для Деловой столицы.

В общем, весьма эффективная Пешмерга (курдские силы самообороны) занималась не только борьбой с ИГ – курманджи, курды северного Ирака, наряду с возвращением себе в провинции Киркук территорий, занятых боевиками в 2014 г., прихватили пару-тройку районов, которые не входили в состав автономии, но при этом населены южными курдами, гурани и сорани. Если референдум вызвал сильное раздражение в Багдаде, Анкаре, да и Тегеране, поскольку вновь на горизонте замаячило государство курдов в самом сердце региона, то курдский контроль над нефтяными полями Киркука заставил иракские силы действовать после введения санкций против Эрбиля из-за плебисцита. Причем жестко.

В понедельник, 16 октября, премьер-министр Ирака Хейдар аль-Абади  как главнокомандующий дал приказ восстановить безопасность и стабильность в провинции Киркук, а еще раньше заявил, что контролировать спорные территории будут федеральные и местные силы под эгидой непосредственно Багдада.

Наказание за независимость

В общем, недавние союзники поневоле опять стали врагами. Одни наступают, другие отходят без боя либо сдаются, попав в окружение. Иракской армии был отдан приказ открывать огонь на поражение в случае нападения со стороны Пешмерга. В наступлении, по последним данным, принимают участие две дивизии, Силы антитеррористических операций и Федеральная полиция Ирака, а также проиранские «Силы народной мобилизации» («Хашд шааби»). Задействованы танки «Абрамс» и артиллерия.

Иракские войска уже зашли в Киркук и заняли две базы курдов, военный лагерь «Аль-Халид», нефтяные месторождения «Бай Хассан» (один из основных источников доходов для Эрбиля), «Баба Каркар» и «Авана», здание Северной нефтяной компании Киркука, завод по производству сжиженного газа, а также административные здания местной власти, аэропорт и университет Киркука. Кроме того, под контролем правительственных сил оказались туркменские (туркоманские) города и ряд населенных пунктов недалеко от Мосула.

С помощью «Хашд Шааби» Багдад также установил контроль над городом Синджар, где компактно проживают курды-езиды. Потому-то первыми, утром во вторник, зашли именно их единоверцы из ополчения, а шииты – лишь спустя несколько часов. Этот город был захвачен боевиками ИГ 3 августа 2014 г. Джихадисты пленили тысячи езидов, многих убили, а тысячи женщин захватили в сексуальное рабство. Синджар освобожден силами Пешмерги и бойцов Рабочей партии Курдистана (в Турции признана террористической) в ноябре 2015 г. Город считают своим и Эрбиль, и Багдад.

Между Пешмергой и силами «Хашд» произошел 20-минутный бой к востоку от Синджара. Однако позднее Синджарское командование курдского ополчения распространило заявление о достижении соглашения с езидскими членами «Хашд Шааби» и мирном оставлении города. Также в некоторых районах провинции была слышна стрельба и сожжены четыре авто иракских силовиков. Однако по большей части курды не желают вступать в бой со вчерашними союзниками, несмотря на то, что потеряли все местные месторождения нефти — сырья, которое кормит экономику автономии.

Силовое противостояние с федеральным Центром не пользуется популярностью в Курдистане. Вероятно, большая часть населения, помня о полученных возможностях в рамках автономии и относительно спокойном сосуществовании, надеялась на мирный развод после референдума. И потому, когда лидер автономии Масуд Барзани призвал «оказать сопротивления», его призыв или пропустили мимо ушей, или осудили. Впрочем, и в Эрбиле не демонстрируют намерений вести полноценную войну с правительственными силами и шиитско-езидским ополчением. Хотя определенные меры все же были приняты: для защиты спорных районов отправлены несколько тысяч бойцов Пешмерги, которые пока отодвинулись от наступающих сил Ирака на 3 км, чтобы не провоцировать. Очевидно, быть переговорам. У курдов нет иного выхода, ведь главный союзник – США – решил «предать», как это было в 80-х годах прошлого века, например.

Позиция США

Вашингтон держит дистанцию. Президент Дональд Трамп на пресс-конференции в Розовом саду Белого дома прямо заявил, что ни одну из сторон Штаты поддерживать не будут, поскольку у них «очень хорошие отношения» и с центральным правительством, и с курдами. «Нас и не должно было быть там, – говорит Трамп, имея в виду вторжение в Ирак 2003 г., – но мы не принимаем чью-либо сторону». Такую же позицию озвучило американское посольство в Ираке.

Между тем, как пишет The Washington Post со ссылкой на высокопоставленного представителя Белого дома, по сути, Трамп и Госдеп дали понять: они поддерживают совместное управление Багдада и регионального правительства, то есть автономию. Это соответствует в полной мере реакции США на референдум в Курдистане, который Вашингтон публично раскритиковал. Источник WP резонно заметил, что раскол послужит интересам ИГ и Тегерана. И, заметим, уже послужил. Как сообщает Rudaw, джихадисты после отступления Пешмерги атаковали две деревни к северу от Киркука – Маха и Твельха.

В то же время в Эрбиле недовольны позицией США и считают, что американцы сыграли на руку региональным оппонентам. Так, представитель Курдистана в Вашингтоне Баян Сами Абдул Рахман заметила, что Тегеран уже выиграл от дистанцирования Штатов. По ее словам, проиранские ополченцы с американским оружием в руках напали на союзников США. Особенно Эрбиль разочаровывает позиция Трампа, Пентагона и Госдепа на фоне объявления президентом новых санкций против Ирана – «дестабилизатора ситуации на Ближнем Востоке».

Рахман обвинила Багдад в желании урегулировать ситуацию силой и добавила: «Мы будем противодействовать этому. Мы будем отступать. Но потенциал для полномасштабной войны есть…Надеюсь, мы не достигли точки невозвращения. Если достигнем, это будет катастрофой для всех, в том числе и для США».

Жонглирование упреками

Что получается. США поддерживают позицию Багдада, хотят мирного урегулирования и оставаться в стороне. Курды критикуют Вашингтон за такой подход, надеясь на его вмешательство, а пока отступают, чтобы не завести отношения с Багдадом в тупик. Ирак рушит предпосылки для создания государства курдов, а также возвращает себе богатейшие нефтяные месторождения. Турки в рамках намерений реализовать неоосманские амбиции Реджепа Эрдогана пользуются моментом: бомбят автономию в Ираке, чтобы своим курдам неповадно было, и готовятся к более масштабной операции в Курдистане. Иран пока закрыл границу для жителей автономии и в принципе выжидает, не учитывая наступлений шиитских ополченцев.

Вся эта кутерьма в итоге может привести к серьезному переформатированию всего региона. Это раз. Два: так и не остыв, Ирак снова становится горячей зоной, требующей большего внимания со стороны Соединенных Штатов. А это на руку уже россиянам, потому как несколько отвлекает США от Украины и Сирии. Три: силы коалиции США, Ирака и Курдистана не успели довести начатое до конца. В некотором роде правительственные войска и курды повели себя незрело, забыв о главной цели, когда добились успеха на пути к ее реализации. ИГ воодушевилось – и атаковало. В итоге конфликт Багдада и Эрбиля, а также нерешительность Вашингтона может обратить в прах все достижения: «Халифат» все еще в состоянии восстановить силы. К тому же стремление Вашингтона остаться  в стороне создает опасный вакуум, который, очевидно, будет заполнен Турцией и Ираном.


Поделитесь.




Новости партнеров



Оставьте комментарий

двенадцать − шесть =