пятница, 24 сентября 2021 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

Снова в раскол: Когда Филарет скомандует захватывать храмы ПЦУ Мало кому хватало воображения предположить, что прихожане ПЦУ будут выходить на защиту своих храмов от патриарха Филарета

Когда на фоне принятия Томоса коллеги обрывали телефон с одним-единственным вопросом: будут захваты храмов? а «с кровью» или без? – все имели в виду возможное противостояние между сторонниками автокефалии и «московскими агентами». Мало кому хватало воображения предположить, что прихожане ПЦУ будут выходить на защиту своих храмов от патриарха Филарета. Ну и заодно поддерживать своих священников в тех решениях, которые устраивают паству. Это, кстати, хорошая новость. Возможно, это самая лучшая новость, которую вы бы хотели узнать о ПЦУ.

Патриарх Филарет провел встречу со священниками своей епархии – города Киева. Их собралось не так уж много – около 30 человек. Но это не так уж важно – патриарху Филарету в его бурной биографии приходилось и с меньшего начинать. Собственно, он так и сказал: неважно, сколько нас будет. Важно, что мы это сделаем. А люди подтянутся.

«Сделать это» – сохранить УПЦ КП. На встрече со священниками, согласно фрагментам аудиозаписи этой встречи, оказавшейся в распоряжении Cerkvarium, патриарх просил не перерегистрировать приходы «на так называемую ПЦУ». Тот, кто перерегистрирует, выходит из Киевского патриархата.

Патриарх тем самым фактически подтвердил, что ПЦУ и УПЦ КП – это параллельные структуры. Ты либо в ПЦУ, либо в УПЦ КП, и никак их не совместишь. При этом, впрочем, патриарх утверждает, что «мы не выходим из Томоса». Пояснить смысл этой фразы затруднительно, но патриарх довольно часто бывает не в ладах с грамматикой. И с логикой тоже. Он всегда был выше этого. Вернее, это даже к лучшему: чем больше противоречий, тем легче формируется миф.

Речи патриарха не грешат логикой, зато по-своему честны. Патриарх не скрывает, что подписывался под решением Архиерейского собора о ликвидации УПЦ КП. Но это ничего не значит, потому что можно же теперь созвать Поместный собор – а это более высокая инстанция, чем Архиерейский собор, – и отменить это решение. Что же до ПЦУ, она может выйти из УПЦ КП или войти в нее. Эта конструкция также, очевидно, противоречит здравому смыслу: выйти можно, только находясь внутри, а войти – только снаружи. Поэтому остается непонятно «кто на ком стоял» в воображении бывшего патриарха. Но это тоже излишне. Понимать – не задача священников и даже не наша с вами задача. Нам предложено только выбирать: «так называемая ПЦУ» или Киевский патриархат.

Кстати, эта «так называемая ПЦУ» не может не очаровывать: «так называемая УПЦ КП» и ее «так называемые епископы», все это «так называемое» – это был фирменный знак московских «каноничных», клеймивших украинских «раскольников». В устах патриарха Филарета – некогда «так называемого патриарха» – это предельная откровенность.

Ситуация несколько усугубляется тем, что патриарх заявляет, что он «не порывает с так называемой ПЦУ». Он только «сохраняет Киевский патриархат». Который вовсе не был упразднен. Соответствующее решение собора, согласно патриарху, фальшивка. Подписи, мол, настоящие, а текст другой.

Если у вас до сих пор не закружилась голова, и вам не захотелось просто опереться о надежное плечо и сказать «делайте, как знаете, я вам доверяю», вы можете смело лететь в космос.

Эффект, впрочем, может быть и несколько иным: вы пожмете плечами, скажете, что устали от всей этой лжи, и заподозрите, что религия – это таки опиум для народа. И тогда окажется, что воодушевление Томосом, которое церковь могла использовать в миссионерских целях, возымело прямо противоположный эффект. Люди, конечно, не разочаруются в Томосе – даже если он «не такой», это большая политическая победа. Люди разочаруются в церкви. И им уже совершенно неважно, чьего она патриархата.

По предварительной информации, патриарх Филарет планировал собрать своих сторонников на народно-церковный собор 11 июня. До встречи со священниками речь шла именно о «народно-церковном» соборе, потому что поместный собор требует определенных процедур для созыва. Но, судя по речам патриарха, процедуры и вообще формальности – это для слабаков. Он же вполне может созвать и Поместный собор – патриарх он или кто? Патриарх не скрыл от священников своего раздражения епископами, которых он также пытался собрать и «подбить на собор», да не сложилось, потому что общественность подняла шум. Епископы, мол, думают, что раз патриарху 91, а митрополиту Епифанию всего 40, выбор очевиден – надо ставить на того, кто помоложе. Но это ошибка, уверяет патриарх, потому что Киевский патриархат «был, есть и будет», а значит, будет и патриарх. Не один, так другой. И если епископы подсуетятся, то этим другим может стать кто-то из них. Во благовремение.

Патриарх ставит перед своими бывшими сотрудниками сакраментальный выбор: или греки, или я. А Томос? Ну, мы «из него не выходим». За скобками остается то, что Томос останется в ПЦУ, если УПЦ КП от нее отколется. То есть выбор именно таков: или Томос, или Киевский патриархат. Но таких слов патриарх вслух произнести не может. Поэтому дилемма выглядит почти прилично: или патриарх Филарет, испытанный боец, лидер и само воплощение украинской идеи, или митрополит Епифаний – человек, прямо скажем, на этой должности случайный, к тому же совершенно «зависимый от греков».

Патриарх Филарет во всеуслышание заявляет, что митрополит Епифаний не на тех работает. Это значит, он сделал выбор в пользу греков. Вполне логичный выбор, учитывая тот факт, что Томос ПЦУ получила от Константинополя, от него зависит, будет ли украинская церковь принята в православном обществе. Наконец, при патриархе Филарете митрополит Киевский мог быть лишь декоративной фигурой, не имеющей в руках настоящей власти, а греки ему не мешают. Даже, пожалуй, наоборот. Проблема патриарха в том, что греками украинцев не испугаешь. Украина не воюет ни с ЕС, ни с Грецией и даже с Турцией в данный момент находится во вполне дружественных отношениях. Что ж, были попытки намекнуть на то, что митрополит Епифаний и его ближайшее окружение – агенты Кремля. Но получилось смешно.

Патриарх Филарет стремится отыграть все назад – объявить фальшивкой решение Собора о роспуске УПЦ КП, вернуть себе влияние и былую славу. Он, конечно, чувствует себя обиженным и незаслуженно отправленным на почетную пенсию – управлять Киевской епархией. Заметим в скобках, это было уместное и очень милосердное решение, потому что в ПЦУ патриарху Филарету подходящего места не найти. По самым разным причинам и соображениям, среди которых желание греков – малая часть. Он хочет назад, в свой привычный статус, в свой раскол, в свою власть, в тот страх и трепет, в то поклонение и восторг, которые окружали его еще совсем недавно.

Его можно понять. Но вот что интересно: он не один такой. Отыграть назад – тренд нынешней церковной жизни.

Все дело в выборах. Не знаю почему, но у многих, и не только в церкви, сложилось впечатление, что приход к власти Владимира Зеленского (или уход Петра Порошенко) – это что-то вроде перезагрузки компьютерной игры с того сохранения, когда еще все было исправимо.

Эта «точка возврата» у всех выглядит по-разному. В УПЦ МП, например, очень хотели бы вернуться скромно, в «дотомосный» период. Там высказали надежду, что президент Зеленский отменит решения о переходах приходов УПЦ МП в ПЦУ. Как именно президент может взять и отменить решение приходских собраний и местных властей, не уточняется. Видимо, представления о королях-чудотворцах и генсеках-чудотворцах естественным образом распространяются и на президентов-чудотворцев. Почему бы нет? Если один президент мог «создать» церковь и «сделать ей Томос», другой может сделать это все «аки не бывшим».

РПЦ решительно вынула из бабушкиного сундука «Россия-Украина-Беларусь – это и есть Святая Русь». Это, конечно, просто аргумент против украинской и на всякий случай белорусской – чтобы уж два раза не вставать – автокефалии. Мы, мол, одно цивилизационное и духовное пространство, а потому нечего нас делить по греческому усмотрению. Но при прошлом президенте подобные аргументы считались вышедшими из моды. И вот, как вечная юбка-карандаш, они снова возвращаются на подиум.

Отыграть назад – невысказанная тоска многих соотечественников. Вот только и тут единства по поводу исходного файла не найти. Кому-то хочется туда, где не было войны, кому-то еще дальше – в «домайдан», в доллар по восемь, а кому-то и вовсе нужна колбаса по два двадцать. Это сдвоенное ощущение – с одной стороны, гигантской ошибки, в которую оказалась вписана твоя жизнь, с другой – уверенности в том, что избрание Зеленского есть шаг к ее исправлению, – тема отдельного и непростого разговора.

Что же до церковных ожиданий, то они выглядят отчасти смешно, отчасти жалко. До странности много значения придают люди в облачениях, якобы облеченные огромным авторитетом и – по соцопросам – доверием в обществе, перестановкам фигур на телеэкране, и в связи с этими перестановками готовы рисковать и даже жертвовать многим, а то и всем. Притом что к власти в Украине пришел человек, который не имеет никаких симпатий ни к какой-то конкретной конфессии, ни к церкви вообще. И он очень скоро почувствует, что любые заигрывания с любой из церквей только вредят тому лучшему, что у него есть – рейтингу. Возможно, глядя на победу и провал своего предшественника, он уже это понимает.


Екатерина Щеткина / Деловая столица
Поделитесь.





Новости партнеров