четверг, 28 мая 2020 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

Коломойский ходит Суркисами? Что ждет Украину в большой войне за ПриватБанк Если суд вынесет решения в пользу семьи Суркисов, это заложит мину под всю историю с национализацией ПриватБанка

В самом конце прошлой недели появился новый сценарий развития событий вокруг Приватбанка. Семья мультимиллионеров Суркисов оспаривает в суде процедуру bail-in, и в случае успеха дело может дойти до возвращения банка Игорю Коломойскому.

Право Суркисов

Семья Суркисов в Большой палате Верховного суда оспаривает процедуру bail-in — юридического и финансового механизма, через который ее вклады в банке (на миллиард гривень) были конвертированы в акции Приватбанка в ходе национализации.

Для справки: у Игоря Суркиса в Приватбанке на счету было 151 млн грн, у Полины Ковалик (жены Григория Суркиса) — 514,1 млн грн, у Григория Суркиса — 163,1 млн грн, Марины Суркис (дочь Игоря Суркиса) — 174,5 млн грн, Рахмиля Суркиса (отец братьев Суркисов) — 44,8 млн грн.

В качестве обоснования претензий юристы истцов приводят следующий довод: Игорь Суркис не может считаться аффилированным с банком, поскольку владеет корпоративными правами телекомпании «1+1» через офшорную компанию Bolvik Ventutes ltd (ему принадлежит 100%), которые переданы третьему лицу, некому Menelaos Sazos — он якобы и управляет имуществом и правами Суркиса. Слепой кипрский траст.

Если решение будет принято в пользу истцов, то государство в лице принадлежащего ему Приватбанка будет вынуждено по итогу вернуть намного больше — целых 30 млрд грн. Откуда такая сумма? Дело в том, что будет создан прецедент: на решение Большой палаты, слушающей дело, впоследствии должны ориентироваться другие суды, рассматривающие иски других связанных с Коломойским лиц — которые также оспаривают правомочность механизма bail-in и желают вернуть свои деньги (а это в общей сложности 30 млрд грн, попавших под данную процедуру). Кроме того, решение Большой палаты автоматически бы разблокировало слушание апелляции по делу о признании незаконной национализации Приватбанка.

Однако 27 апреля, вместо вынесения решения (которое ожидалось по делу) слушание Большой палаты Верховного суда о признании семьи Суркисов лицами, связанными с бывшим собственником Приватбанка Игорем Коломойским, было приостановлено. По информации из зала суда, судьи Большой палаты обратились в Офис Генерального прокурора и Высший совет правосудия с сообщениями о давлении на суд.

Не совсем понятно — то ли из-за митинга «Демократической сокиры» под их окнами, то ли из-за ряда публикаций в СМИ, то ли из-за участников спора… Тем временем все ближе голосование по второму чтению так называемого «антиколомойского» законопроекта, по которому признанные неплатежеспособными банки не могут быть возвращены бывшим владельцам. Оно может состояться уже в начале мая.

Что такое bail-in

Мы уже писали о схожем деле. 2 января Хозяйственный суд Киева открыл производство по искам группы бывших топ-менеджеров и миноритарных акционеров Приватбанка. Они требовали признать недействительными договоры о приобретении акций, которые были заключены в ходе национализации банка. Де-факто же речь шла об обжаловании в суде его национализации. Истцы — Александр Дубилет, Владимир Яценко, Татьяна Гурьева, Людмила Шмальченко, Тимур Новиков, Олег Гороховский, — требовали признать так называемые договора bail-in недействительными. Но в таком случае получилось бы, что национализация была проведена на основании неправомерных документов.

Как следовало из материалов Хозсуда Киева, бывшие топ-менеджеры Приватбанка оспаривали процедуру bail-in как принудительную конвертацию их акций и депозитов в новые акции банка, которые были выпущены в декабре 2016-го в ходе национализации, после чего выкуплены государством (в лице Минфина) за 1 грн со всеми «старыми» акциями банка (всего — 100%).

По-английски bail — «залог, поручитель». Вail-in — процедура, осуществляемая на промежуточном этапе между отзывом лицензии банка и обычной санацией, позволяющая использовать при финансовом оздоровлении банка средства не государства, а кредиторов. Так кредиторы превращаются в акционеров, а их денежные требования — в акции.

Механизм был придуман для того, чтобы за счет дешевых средств новых акционеров (вчерашних кредиторов) возобновить работу кредитной организации.

В ходе национализации Приватбанка как раз и провели операцию bail-in: были списаны деньги связанных лиц (Суркисы попали в их число) и вклады других инвесторов.

В 2017-2018 гг. перечисленные экс-топы Приватбанка уже обращались с исками к государству в Печерский райсуд Киева. Но тогда суд отказался их рассматривать, решив, что это компетенция хозяйственных судов.

Потерпели неудачу и другие попытки оспорить процедуру bail-in. Верховный Суд 10 мая 2018 г. отказался удовлетворить кассационную жалобу компании «Пром Гарант Плюс» к Приватбанку о возврате на счета 18,9 млн грн, которые были списаны в ходе национализации. А 12 ноября того же года Верховный Суд отказал физлицу Владимиру Куцину (руководителю ЗАО «Никопольский завод ферросплавов») во взыскании $550 тыс., списанных с его счетов во время национализации банка.

По словам юристов, процедура приобретения (bail-in) и в дальнейшем продажа акций от имени связанных лиц четко регламентирована законодательством (ст.41-1 Закона Украины «О системе гарантирования вкладов физических лиц»). В данном случае, поскольку Суркисы — не акционеры Приватбанка, защита строит свою линию, опровергая сами признаки их связанности с владельцами банка.

Формально (а возможно, что и реально) нынешние иски пострадавших от bail-in Суркисов никак не связаны с интересами Коломойского и Боголюбова — основных бывших владельцев Приватбанка. Однако понятно, что если суд вынесет решения в пользу истцов, это заложит мину под всю историю с национализацией.

Запутанная схема

Задача «антиколомойского» законопроекта состоит в том, чтобы «отрезать» разнообразным судам возможность искать и использовать лазейки и юридические зацепки в огромных ворохах документов, связанных со скоропалительной процедурой национализации Приватбанка. Иначе говоря, после его принятия, «отыграть назад» национализацию, придравшись к формальным поводам, будет невозможно. Именно поэтому Коломойский старается запустить процесс возврата банка через суды до принятия этого законопроекта парламентом.

Напомним, что чуть больше года назад, в апреле 2019-го, между первым и вторым турами президентских выборов Окружной административный суд Киева признал национализацию Приватбанка незаконной. Но это решение до сих пор не вступило в силу из-за апелляции НБУ, рассмотрение которой приостановлено как раз до принятия решения Верховным судом по иску Суркисов. Как только решение будет принято, Шестой апелляционный суд сможет заняться делом об отмене национализации Приватбанка. Если он станет на сторону бывших акционеров, то дальше для государства будет возможна только кассация все в том же Верховном суде.

Теперь вопрос в том, сможет ли Игорь Коломойский (если это он стоит за Суркисами, конечно) запустить денационализацию Приватбанка до начала (максимум — середины) мая, когда Верховная Рада проголосует законопроект  тот самый законопроект о банках №2571-д «О внесении изменений в законодательные акты Украины относительно усовершенствования некоторых механизмов регулирования банковской деятельности».

Впрочем, дело не только в этом.

«У нас смешиваются две судебные стратегии по Приватбанку, которые связаны очень опосредованно. Сейчас мы говорим о бывших собственниках и о крупных клиентах, вложения которых в банке были аннулированы по процедуре bail-in. Это вписание в капитал пассивов, которые держались инсайдером банка, — сказал «ДС» финансовый аналитик Алексей Кущ. — Есть глобальная стратегия, которую реализуют бывшие собственники Приватбанка, ее цель — не возврат банка, а прекращение судов, как в Украине, так и зарубежом, особенно в штате Делавэр, США, на Кипре, и в Лондоне, естественно. Это и проведение взаимозачета встречных требований, то есть, когда сумма компенсаций будет зачтена на сумму задолженности по кредитам».

Вторая история, по словам эксперта, разворачивается в судах различных инстанций, и она скорее тактическая. Попытаться в процессе паузы, которая возникла после национализации банка, и до окончательного решения в судах по национализации порешать какие-то  точечные задачи. Где-то вывести из-под налога активы, где-то отсудить возврат каких-то средств, где-то наоборот вернуть какие-то средства. И эта история расщепляется на ряд подзадач, в которых уже разные лица действуют самостоятельно.

«Так называемый «спор собственников» — это уже совершенно другая история, связанная с процедурой определения Национальным банком лиц, связанных с Приватбанком в процессе национализации. У бывших собственников там есть куча своих отдельных историй, связанных с залогами, с различными кредитами. То есть, это уже такая расширенная тактика», — резюмировал Алексей Кущ.

Впрочем, как бы там ни было, а даже сама возможность возврата банку Коломойскому может вылиться Украине в огромные проблемы — ведь одно из условий макрофинансовой помощи от МВФ на $5,5, а то и $8 млрд, необходимых для покрытия дефицита кризисного бюджета, в том, что Приватбанк не должен отойти его бывшим собственникам, поскольку для спасения финучреждения государству пришлось его докапитализировать почти на 150 млрд грн.


Наша Рада
Поделитесь.





Новости партнеров