суббота, 25 сентября 2021 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

Василий Рыбников: Отрывки из новой книги Юлии Мендель, вырезанные Порошенко Как сообщают инсайдеры Сергея Лещенко в кругах порохоботов, эксперт по коммуникациям Юлия Мендель написала новый бестселлер, повествующий о тектонических сдвигах мировой политики с приходом в нее Владимира Зеленского и Андрея Ермака. До сих пор ни одно издательство не взяло на себя ответственность за публикацию этой книги. Однако нам удалось раздобыть часть запретной рукописи, которую мы и предлагаем вниманию читателей

Публикуется без согласия автора. Совпадение героев романа с реальными людьми, равно как и попадание последних в политику вообще, является трагической случайностью, за которую в Украине, как обычно, никто ответственности не несет. Книга написана под псевдонимом Юлианна Мендельсон.

«…Первый Пресс-Секретарь Украины Юлия Мендель, очаровательная брюнетка лет тридцати четырех с великолепными изгибами фигуры, сидела, закинув красивую ногу на еще более красивую ногу, в кресле посреди книжного магазина «Велюр» и проводила автограф-сессию по случаю выхода своей новой книги «Каждый из нас президент». На мероприятие охотно явились первые лица государства, в том числе и глава государства Владимир Зеленский, не отрывавший виноватого взгляда от глубокого декольте знаменитой писательницы.

Под этим жарким взглядом грудь Юлии вздымалась сильнее обычного, но, увы, уже не он волновал острый ум, клубившийся под тщательно завитыми локонами самой желанной женщины страны: из-под длинных пушистых ресниц она бросала быстрые, проницательные взгляды на второго человека в государстве — главу президентского офиса Андрея Ермака, эсквайра. Ермак же, в свою очередь, будучи натурой родовитой и утонченной, задумчиво смотрел в окно на тропический ливень, заливавший Киев, и делал вид, что не интересуется красотой Юлии, несмотря на то, что внутри него все пылало.

— #бучий ливень, щас затопит все к х#ям, бл#дь, #баный Кличко, нах#й, — выкрикнул несовместимую с логикой языковую конструкцию грязный мужлан Андрей Богдан и невоспитанно ткнул пальцем в Ермака. — Что, Ермак-х#ермак, попилил бабло с Виталькиными застройщиками? Доволен теперь, козлина тупая?

Ермак отмолчался, ведя себя, как родовитый аристократ. Разъяренный таким благородством Богдан подскочил к нему и дал ногой по попе. Ермак снова отмолчался. В его глазах блеснули слезы, и Юлия почувствовала, как ее сердце забилось сильнее. Она отвернулась и посмотрела в окно. Уровень воды на улице достигал тридцати годовых норм. В бурных потоках мелькали акульи плавники порохоботов, ловивших рыбку в мутной воде. Внезапно из самого грязного водоворота вынырнул погрязший в коррупционных скандалах и лицемерии Петр Порошенко. Гнусно оскалившись, он ударился в окно и заскрежетал зубами по стеклу.

— Смерть, война, воровать, воровать! — прохрипел он.

— Как были вы мелким советским злодеем, таким вы и остались, — вздохнула Юлия. — В своей книге «Каждый из нас президент» я подробно описываю, почему вы не президент, однако там я часто употребляю многокомпонентные конструкции, вмещая столько всего несовместимого в одно предложение, что я сильно сомневаюсь, что вы поймете.

У Порошенко пошла кругом голова, и он поспешно ушел на дно.

Кто-то, хихикая, дернул Юлию за косу. Вздрогнув, она обернулась и увидела перед собой бывшего премьера Гончарука.

— Слышь, Юлька, погнали на самокатах покатаемся! — выпалил Гончарук, по-детски краснея. — А то еще можем на приставке поиграть. Сгущенку любишь?

— Какая колоссальная накопленная агрессия… — пробормотала Юлия, задумчиво теребя длинным стройным пальцем застежку на изящной сумочке от Картье. — И в то же время нехватка институционального опыта, закрытость в своем активистическом эгоцентризме…

— Ничего, я себя в постели покажу! — радостно пообещал Гончарук и похлопал себя по штанам спереди. — Знаешь, как меня девки называют? Два метра секса! Два метра! У меня даже рулетка есть, хочешь, вместе измерим? Иногда бывает больше.

— Повзрослей уже, мальчик, — мягко сказала Юлия. — Мне нравятся парни постарше, с институциональным опытом, навыками государственного строительства, родовитые аристократы…

Она опять невольно взглянула на Ермака. На Ермаке верхом сидел матюкающийся Богдан и пришпоривал его пятками, но Ермак лишь благородно отмалчивался, не трогаясь с места и не сводя с Юлии влажного взгляда, от которого знаменитую писательницу бросило в жар.

— Юля, вернись, не могу без тебя, — хрипло сказал над ее ухом незаметно подошедший президент Зеленский. После встречи в Грузии со съемочной группой сериала «Сваты» он выглядел особенно уставшим от работы. — Прости меня. Моя душа погрязла во тьме. И еще этот Никифоров, бррр…

— Ну, у него очень комфортные условия, — с мягким упреком сказала Юлия, грациозно выгибая накачанную спину. — А твой поезд, Вова, уже ушел. Дело не в тебе, дело во мне.

Бросив быстрый взгляд на Ермака, она заметила, что он сгорает от ревности, и сердце ее наполнила печаль: она не хотела, чтобы два величайших политика современности рассорились из-за женщины, пусть даже такой очаровательной, но ничего не могла с этим поделать.

— Вова! Домой! — раздался раздраженный голос первой леди. — Пора работать с документами! Скоро будут звонить из Вашингтона, ты хоть почитай перед этим что-нибудь, а то опять будешь бэкать-мэкать, как дебил.

— Ну Лееенка! — протянул Владимир Зеленский. — Ну отстааань, пошло оно все в жоооо…

— Я кому сказала! — рявкнула Ленка, и Зеленский понуро поплелся к ней, ни на мгновение не прекращая думать о реформах.

Юлии на миг стало жаль этого мудрого, сильного человека, круглосуточно работающего на благо родины и получающего взамен так мало благодарности от окружающих. Вздохнув, она посмотрела в окно и поймала плотоядный взгляд Порошенко, пожирающего ее глазами с обратной стороны стекла. Он явно что-то задумал. Вода на улице поднялась еще на метр.

Зазвенел президентский телефон.

— Ермак! — закричал Зеленский, глядя на телефонную трубку, словно на змею. — Это из Вашингтона!

Ермак быстро сбросил Богдана со спины и встал рядом с президентом. Юлия невольно залюбовалась ими, такими трудоспособными, деятельными, компетентными. Оба олицетворяли эректоральную революцию без грязных палаток, негигиеничных ночей и прочих мерзостей Майдана. Юлия окончательно осознала, что теперь украинская политика никогда не будет прежней.

— Скажи алло, — сказал Ермак, быстро нахлобучивая на голову президента китайскую соломенную шляпу и засовывая ему в руки палочки и чашку с рисом.

— Алло, — сказал Зеленский. — Асисяй, уважяемый.

— Молодец, — похвалил его Ермак. — Теперь скажи, что эта старая белая собака еще пожалеет о том, что заставила нас развернуться на Восток, да будет поздно.

— Халасё, халасё, уважяемый, — осторожно сказал в трубку Зеленский. — Пеледайте Байден-сан, что он сталая белая собака. Скажите, чтобы он засунул свой «Севелный поток» свой попа, а у нас с Китай теперь «Один пояс — один Путин». То есть «Один пояс — один путь».

Юлия вновь восхитилась дипломатическим мастерством Владимира. Его умело сплетенные сети опутывали Европу и Америку по рукам и ногам. Байден уже чувствовал на своем горле неумолимую хватку Зеленского и бился, как муха в паутине, но куда уж ему, политику старой формации, было тягаться с величайшим государственным деятелем и его родовитым соратником.

В «Велюр» ворвался мокрый и задыхающийся депутат Юрченко.

— Пацаны, измена! — с порога закричал он, выдергивая изо рта трубку для сноркелинга. — Я только что заплывал в супермаркет, хотел смародерить четыре бутылки пива, а там бухло уже не продают вообще!

— Естественно, не продают, — хмыкнул Зеленский. — Мы же после предательства Запада перебалансируемся на Восток. Где ты в Катаре видел, чтобы там спиртное продавали? В Дубае, например, алкоголь продают только в специальных магазинах. У них там «Африкан-Истерн», а у нас будет, допустим, «Квартал-Шмартал». Так во всей Европе принято.

Президент достал из кармана баночку зубного порошка, набрал на палец и принялся тщательно втирать его в зубы. Юлия в который раз поразилась его чистоплотности, подумав, что негигиеничные ночи на Майдане у Владимира Александровича были бы попросту невозможны. Она решила записать себе эту мысль в блокнот, но спохватилась, что в ее ручке закончился стержень.

— Позвольте поухаживать за вами, прекрасная Юлия, — родовитым голосом произнес аристократический Ермак, подавая ей изящный нефритовый стержень. — Ах, какая жалость, кажется, господин Юрченко забыл закрыть за собой дверь и напустил сюда воды!

— Неужели? — хрипло спросила Юлия, чувствуя, как ее чресла наливаются огнем.

— Не бойтесь! — обворожительно сказал Ермак. — Держитесь за меня. Закройте глаза, ну же! Вы доверяете мне?

— Да! — прошептала Юлия, сладко зажмурилась и позволила родовитому аристократу увлечь себя на стол перед окном, за которым бурлила вода.

Встав у нее за спиной, Ермак нежно развел ее прекрасные руки в стороны. Ревниво наблюдавший за этой сценой президент Зеленский порывисто отвернулся, подошел к роялю и принялся нервно наигрывать на нем мелодию из фильма «Титаник», одновременно листая папку со списком олигархов Верховной Рады и ставя напротив них зловещие галочки.

— А теперь откройте глаза! — жарко прошептал Ермак в очаровательное ухо писательницы.

Юлия открыла глаза и не увидела ничего, кроме волн за окном.

— Ах! — воскликнула она. — Я лечу! Я лечу!

Зеленский заиграл стаккато.

В следующий миг из воды вынырнуло искаженное ненавистью лицо коррупционера Порошенко. В руках его была огромная кувалда. Широко размахнувшись, негодяй разбил окно, и в «Велюр» стремительным бурлящим потоком хлынула вода. Всех участников автограф-сессии расшвыряло и утянуло на дно в считаные секунды. Юлия ушла под воду с головой и уже стала прощаться с жизнью, понимая, что прожила ее не зря, но тут родовитая аристократическая рука Ермака вытащила ее на поверхность и уложила на проплывающий мимо рояль. Взглянув вниз, она заметила, что под крышкой инструмента зажат какой-то стручок, но так и не поняла, что бы это могло быть.

Ермак плавал рядом с роялем, быстро теряя силы в негигиеничной воде.

— Ермак! Ермак! — закричала Юлия, заламывая руки, но тут Порошенко подплыл снизу, как Левиафан, и потащил родовитого аристократа в глубину.

— We’ll stay, forever this way You are safe in my heart And my heart will go on and on, — печально пробулькал напоследок глава президентского офиса и был таков.

…Плавно покачиваясь на воде, рояль нес Юлию в сторону улицы Банковой. Впереди ее ждала блестящая писательская карьера. Она уже знала, как назовет свою следующую книгу и кому посвятит ее».

(Конец рукописи)


Василий Рыбников / Цензор.нет
Поделитесь.





Новости партнеров