суббота, 26 сентября 2020 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

Королевский десант: Как Нидерланды едва не отправили войска на Донбасс Проведение Нидерландами военной операции для возвращения останков жертв MH17 сопровождалось бы массой проблем

В июле 2014 г., после крушения сбитого российским «Буком» «Боинга» рейса MH17 Малайзийских авиалиний Нидерланды и Австралия готовы были отправить войска на Донбасс для обеспечения порядка на месте происшествия и возвращения останков жертв. Слухи об этом ходили и раньше, но едва ли не на уровне конспирологии. Однако командующий сухопутными войсками Нидерландов Мартин Вайнен выложил все карты на стол в интервью De Telegraaf. И сделал это, между прочим, за несколько дней до начала судебного процесса по делу MH17, который стартует 9 марта. Интервью Вайнена можно расценивать как демонстрацию намерения Нидерландов добиться справедливости.

Давайте вспомним, что происходило в Украине летом 2014 г. Россия сперва оккупировала Крым, затем провела интервенцию в отдельные районы Донецкой и Луганской областей, что сопровождалось захватом отделений милиции и СБУ, «референдумами», масштабным коллаборационизмом, а затем обстрелами украинских сил регулярными войсками России. Украина вела тяжелые бои с российскими войсками и их миньонами, и 17 июля российский зенитный ракетный комплекс «Бук», как установила международная следственная группа, сбил малайзийский «Боинг», в результате чего погибли 298 человек. На месте падения самолета творилось черти-что: улюлюкающие боевики уничтожали улики, растаскивали личные вещи жертв, чем хвастали в соцсетях. На все это с ужасом смотрели из Нидерландов, да и со всего мира.

Именно тогда нидерландцы решили, что не могут сидеть сложа руки. Как пишет De Telegraaf, уже 20 июля в генштабе вооруженных сил королевства состоялась первая встреча, во время которой начальник обороны ВС Нидерландов (в отставке с 3 октября 2017 г.) Том Миддендорп обратился с просьбой предоставить возможные сценарии военной операции на территории Украины. «Вопрос состоял в следующем: есть место катастрофы, к которому у нас нет доступа. Каким образом можно обеспечить возвращение останков погибших? Разрабатывались различные типы операций. От осторожного до очень жесткого», – рассказал Вайнен.

Параллельно с ведущейся дискуссией в штабе предшественник Вайнена Март де Крейф, кстати, годом ранее вручавший почетные грамоты псковским десантникам как участникам 97-го Международного марша мира в Неймегене, отправился в расположение 11-й аэромобильной бригады (11 Luchtmobiele Brigade) в Схаарсбергене для проработки деталей операции. Бойцы этой бригады были мотивированы к действию и поспешно возвращались в часть – кто из отпусков, кто из Португалии, где участвовал в военных учениях. Согласно плану, пишет газета, тысяча десантников и столько же австралийских военных должны были прибыть на место катастрофы с легким вооружением и с тем, что помещается в рюкзаках. Уже близ Тореза нидерландцы и австралийцы должны были занять и удерживать несколько дней позиции на территории площадью в 35 квадратных километров для обеспечения сохранности тел и обломков.

Подготовка к миссии началась в тот же день, 20 июля, со сбора детальной информации о месте проведения операции, его географии и т.п. Выдвигаться нидерландские бойцы могли уже через 48 часов, т.е. 22 июля. Однако в последний момент операцию отменили, поскольку боевики наконец-то допустили к обломкам работников миссии ОБСЕ, а также согласились вернуть останки, развезенные ранее в морги Тореза и других населенных пунктов. Останки, как известно, 22 июля были доставлены в Харьков поездом.

Легче сказать, чем сделать

Но даже если бы операцию не отменили, возникает уйма вопросов к тому, как бы Нидерланды ее проводили. Причем это признают и нидерландские генералы. Мартин Вайнен в интервью De Teleegraf констатирует: у плана есть четкая цель, но его реализация требует импровизации. И вот любопытно, с какого уровня в Нидерландах начинали бы импровизировать?

Собирались ли в Гааге направлять в Киев официальный запрос на проведение такой операции? Ответа на этот вопрос, к слову, в публикации нет. Если действительно в Нидерландах планировали оперативную и тайную переброску своего спецназа на территорию другого государства, пусть за эту территорию ведутся бои с оккупантами, то сам по себе такой сценарий демонстрирует отношение королевства к Украине. И при этом вариант этот вполне реалистичен, поскольку согласно украинскому законодательству, на присутствие иностранных войск на территории государства должна дать добро Верховная Рада. И даже если бы парламентарии при активном содействии и.о. президента Александра Турчинова оперативно собрались бы на заседание и поддержали бы проведение Нидерландами операции, эффект внезапности был бы утерян, а операция более не была бы тайной. Москва же получила бы время подготовиться – и информационно, и в военном плане, и зачистить следы преступлений.

Вопрос логистики тоже стоит очень остро. Что признает тот же Вайнен. Каким образом Нидерланды организовали бы обеспечение своего спецназа на территории Донецкой области, в особенности в отсутствие согласия Киева на проведение такой операции? Где бы бойцы Королевской армии получили продовольствие, воду, боеприпасы, технику для перемещения по взятой под их контроль территории, а также для транспортировки останков и обломков? Экспроприировали бы у местных жителей? Как эвакуировали бы останки и обломки?

Далее. Предположим, что 11-я аэромобильная таки высадилась и разместилась на пресловутых 35 квадратных километрах территории, по которой шастают российские боевики. Считать, что все бы прошло тихо-мирно, т.е. без боестолкновений с террористами, – очень наивно. Без стычек с боевиками, да и с российскими регулярными войсками наверняка не обошлось бы. И в таком случае остается лишь гадать, какой была бы реакция Москвы и позиция руководства НАТО, учитывая, что страна-член Альянса проводит военную операцию на территории иностранного государства, в ходе которой, что не исключено, несет потери. Заработала бы в таком случае статья 5 Североатлантического договора? Или же НАТО занял бы позицию как в текущей ситуации в сирийском Идлибе, где подверглись нападению войска другого союзника – Турции? Ведь предполагаемый нидерландский и реальный турецкий сценарии схожи – участие в военных действиях без одобрения руководства Альянса.

Палка о двух концах

Так что с одной стороны, да, следует признать, что общая картина на Донбассе кардинально бы изменилась с появлением на востоке Украины войск члена Евросоюза и НАТО. Не исключено, что в нашу пользу, потому как Кремлю пришлось бы хорошо подумать, а позволят ли боевикам проводить полномасштабные боевые действия против нидерландского спецназа.

С другой стороны, Украина, фактически ведущая в 2014 г. борьбу за существование, восстанавливающая армию и экономику, продемонстрировала бы свою несостоятельность как государство, если бы вдруг в зоне крушения «Боинга» MH17 оказались две тысячи иностранных бойцов, причем половина которых прибыла из страны-члена НАТО. И никакие ноты протеста или же вызовы «на ковер» нидерландского посла не исправили бы положение, как и не стали бы достойным ответом на отношение военного руководства Нидерландов к государству Украина в тот период. А если бы какой-то из бортов, перевозивших королевских солдат, сбила украинская ПВО?

В целом же нельзя не заметить, что сама по себе подготовка Нидерландами проведения такой операции является отличной иллюстрацией перехода мира к концепции суверенной ответственности вместо ответственного суверенитета. Ее детально изложил в своей книге «Мировая неразбериха: американская внешняя политика и кризис прежнего порядка» (A World in Disarray: American Foreign Policy and the Crisis of the Old Order) и эссе для журнала Foreign Affairs директор Совета по международным отношениям Ричард Хаас. Концепция состоит, во-первых, в том, что межгосударственные организации более неспособны решить весь спектр вопросов и вызовов глобальной безопасности; а во-вторых, в том, что отдельное государство не может беспрепятственно творить что угодно на своей территории, если это негативно отражается на другом государстве.

Учитывая, что книга и эссе Хааса появились в январе 2017 г., т.е. почти через три года после того, как высшие военные чины Нидерландов собрались потолковать об операции в Украине, следует констатировать, что концепция «Мировой порядок 2.0» и не концепция вовсе, а реально действующая модель, которую Хаас просто перенес на бумагу.


Владислав Гирман / Деловая столица
Поделитесь.





Новости партнеров