суббота, 15 декабря 2018 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

Двинутая конструкция: Как Путин в Крыму не переиграл законы физики Сегодняшняя Россия – это страна непуганых идиотов, зарвавшихся тиранов и говорящих мостов, которым не сидится в международно признанных границах

Информация о том, что кто-то «двинулся» может быть истолкована двояко. Возможно, этот кто-то совершает движение в пространстве, а возможно, он чокнулся, сошел с ума, поехал мозгами. В речи имеется огромное число емких выражений, чтобы описать окончательный отрыв от реальности.

Вот, чтобы вы подумали, услышав сообщение Министерства по вопросам временно оккупированных территорий о том, что согласно результатам космической съемки, строящийся Керченский мост смещается? – Что косорукие оккупанты добавили к основным двум национальным проблемам: дуракам и дорогам, третью – прокладывание дураками дорог туда, где этому препятствуют физика, геология, сопромат и международное право? Ну, допустим.

А если бы вам сказали, что в ответ на информацию украинского МинТОТа сам Керченский мост на своей страничке в Facebook разразился пространным комментарием? Да-да. Именно мост, а не пресс-служба строительной формы или бравый российских МИД, решил успокоить своих фанатов и написал: «Сейчас ваше настроение сместится в сторону веселья, а я буду на месте всегда:)». Вот о чем бы вы подумали? – Что они там все, цитируя Бориса Немцова, «…нулись»? И были бы совершенно правы. Когда речь идет о Керченском мосте, слово «двинулся» можно трактовать как угодно. Не ошибетесь.

Если без шуток, то спутник зафиксировал лишь то, о чем давно предупреждали ученые. Со стороны Крыма «отмечаются объекты с вертикальными смещениями со скоростью от 89 мм (проседание) до 52 мм в год (поднятие)». По словам старшего научного сотрудника Института водных проблем Российской академии наук, кандидата геолого-минералогических наук Юрия Медовара, проседание моста свидетельствует о перекосе «в разнонаправленных движениях». «Там идет выпор в обратную сторону. Выдавливаются сваи. Если они выдавливаются, то это очень плохо», – заключает Медовар.

Его слова подтверждает израильский гидрогеолог Эли Беленсон. В своей статье он проводит исследования грунтов, плотности и состава почв. По словам специалиста, в этом месте категорически нельзя строить никакие мосты. Вместо того чтобы прислушаться к мнению ученых, российские СМИ цитируют председателя совета директоров российской компании «Стройгазмонтаж» Аркадия Ротенберга еще в сентябре заявившего, что Керченский мост простоит 100 лет. Что это, как не история болезни в новостных репортажах? Это безумие – надеяться «обыграть» законы физики с помощью пропаганды.

Мост был обречен на неудачу. Как обречен на катастрофу другой пиар-проект российского президента – «русский Крым». Керченский мост был обманкой, которую крымчанам предлагали в качестве панацеи от всех несчастий. Мол, построят его, и все наладится. В Крым потекут туристы, качественные продукты, свет, вода и рабочие места. В самом начале оккупации многие крымчане были уверены, что Крым важен для Путина, что оккупация – это его шанс войти в историю как «собиратель земель». Эксперты, в том числе и украинские, уверяли, что Россия сделает из захваченного полуострова «витрину русского мира». Такой себе Клондайк. В пример приводился Западный Берлин времен холодной войны, в который доноры вложили колоссальные средства. Вот только западная часть города никогда не была оккупирована, не находилась под санкциями и не была отрезана от цивилизованного мира.

Для того чтобы понять, что обещания оккупантов пролить на Крым денежный дождь, так и останутся сказками, достаточно было посмотреть, как «благоденствует» оккупированная Россией часть Грузии, где есть сухопутная граница. Или изучить как живут «исконно-каноничные» российские регионы, которые никто не оккупировал. По оценкам специалистов, уровень разрушения инфраструктуры там достигает 75%. Показатель сравнимый с разрушениями после широкомасштабных боев. Ошиблись все. Когда принималось решение о «присоединении» Крыма, такие мелочи, как уровень жизни захваченного населения просто не брался в расчет. Как не брались в расчет опасения ученых, когда выпала возможность заработать при строительстве заведомо нежизнеспособного моста.

Даже если бы Россия было богата и ухожена, как сытая Европа, ей все равно не удалось бы построить в оккупированном Крыму сказочное Эльдорадо. Территория, находящаяся под санкциями, не может процветать. Всего за пять лет оккупанты превратили украинский полуостров в остров невезения. Здесь падают говорящие мосты и рассыпаются новоуложенные дороги, гаснет свет, нет воды и не вывозится мусор. Даже для того чтобы привести в Крым дотационные деньги, нужно серьезно потратиться. Банков ведь там тоже нет. По крайней мере государственных. Возвращаясь к мосту, чтобы выбраться по нему с полуострова, необходимо пройти три проверки на трех контрольно-пропускных пунктах. Цены в Крыму на мобильную связь, бытовую технику, банковские займы настолько отличаются от соседнего Краснодарского края, что пророссийские крымчане все чаще говорят, что живут в оккупации.

Мост двинулся – это еще не самое страшное, что может случиться со страной. Вот когда все двинулись – это намного страшнее. У Керченского моста был только один заказчик – Владимир Путин. Это его личный пиар-проект. Так стоит ли удивляться, что конструкция оказалась ненадежна? Неужели россияне и крымчане искренне надеялись, что вбуханные в строительство миллиарды послужат им? После получения пиар-дивидендов наступила неизбежная драма. Мост перекособочило. Такой же финал ждет и проект «русского Крыма». Он навернется, погребая под собой дураков, строителей империи и говорящие инженерные конструкции. Потому что по-другому не бывает. Сегодняшняя Россия – это страна непуганых идиотов, зарвавшихся тиранов и говорящих мостов, которым не сидится в международно признанных границах. Но завтра ей придется возвращаться в сознание. Вот тогда в освобожденный Крым действительно потекут российские деньги, которые пойдут ему впрок. От контрибуции за причиненный ущерб.


Лариса Волошина / Деловая столица
Поделитесь.




Новости партнеров



Оставьте комментарий

девятнадцать − семь =