вторник, 25 сентября 2018 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

Турецкий султанат: Зачем Эрдоган готовит досрочные выборы Космическая – без преувеличения – скорость принятия решения о выборах в Турции вполне может претендовать на книгу Гиннеса

В турецком медиапространстве неожиданно и очень активно распространилась тема о возможном назначении досрочных выборов президента. По графику, они должны состояться через полтора года – в ноябре 2019-го. Но 17 апреля Девлет Бахчели, лидер националистов – союзников президента Эрдогана – предложил провести выборы уже в августе этого года, – пишет Иллия Куса для Укринформа. – Инициативу без задержки подхватили и представители официальной власти.

Заместитель премьер-министра Турции Бекир Боздаг отметил, что это неплохая идея и правящая партия обсудит ее. А президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган анонсировал свою встречу с Девлетом Бахчели для обсуждения этого предложения. Не прошло и суток, как стало известно, что досрочные президентские и парламентские выборы в Турции пройдут 24 июня 2018.

«Мы обсудили предложение господином Бахчели и решили положительно подойти к принятию решения о досрочных выборах. Мы решили провести выборы 24 июня 2018», – заявил Эрдоган, сообщает Hurriyet.

Космическая – без преувеличения – скорость принятия подобного решения вполне может претендовать на книгу Гиннеса, но турецкими властями, конечно, здесь руководит не «спортивный» интерес. Досрочные выборы есть довольно неплохим вариантом для Эрдогана в нынешних условиях, разрубить Гордиев узел проблем и чем быстрее это сделать, – тем, по мнению турецких верхов, будет лучше.

Почему Эрдогану надо спешить

За последний год экономическая и финансовая ситуация в Турции значительно ухудшилась. Падают фондовые рынки в Анкаре. Стремительно упала турецкая лира, курс которой лишь несколько дней назад обновил исторический минимум. В марте 2018 года международное агентство «Moody’s» понизило кредитный рейтинг Турции до уровня «мусорного», что ударило по потокам иностранных инвестиций в страну. Эрдоган обвинил в этом частные корпорации, работающие в Турции, и это заявление еще больше ухудшило инвестиционный климат. Между тем, решение агентства во многом обусловлена чрезвычайным положением, которое длится в стране уже почти два года после попытки переворота летом 2016-го.

Геополитическая ситуация вокруг Турции: сирийский конфликт, курдская проблема, – также подрывают ее экономические перспективы, ведь чем больше хаоса и войны у границ, тем больше страдает экономика.

Правительство тратит очень много на оборону и безопасность, что связано с его расходами на военные операции в Сирии и Ираке, на постоянные антитеррористические рейды против курдов в своих юго-восточных провинциях. За последние два года Анкара провела две крупные военные операции на севере Сирии против курдов и «Исламского государства», активно бомбит северные регионы Ирака, систематически организует рейды против боевиков «Рабочей партии Курдистана» в провинции Диярбакыр возле границы с Сирией. В свою очередь, это спровоцировало курдов на ответ на турецкой территории: серия терактов прокатилась по крупным городам. А дальше – по цепочке – теракты расшатали внутриполитическую ситуацию, а заигрывание Эрдогана с радикальными экстремистскими группировками, на которые турецкая армия опирается в боях на севере Сирии, еще больше ухудшило уровень безопасности в стране.

На фоне поляризации общества и подъема национализма, совмещенного с заигрыванием  Эрдогана с исламистами, как нового маркер турецкой пост-османской идентичности, на политическую арену Турции выходят новые оппозиционные силы, которые играют на том же идеологическом поле, что и сам президент. Это те силы, которые раньше считались в Турции, стране-кандидате на вступление в Европейский Союз, маргинальными – радикальные исламисты, теократы, монархисты и различные ультранационалистические структуры, кподнявшиеся на воинственной риторике турецкого лидера последних лет. Ярким примером такой трансформации стала умеренная исламистская партия «Саадет», которая недавно вышла из тени своих недавних провалов на выборах, и теперь может претендовать на то, чтобы даже зайти в парламент, впервые за более чем 20 лет.

Все это постепенно ослабляет вертикаль, которую сформировал Эрдоган, и наращивает протестный потенциал в обществе. А больше всего давят на правительство уже упомянутые экономические проблемы. С дальнейшим ухудшением отношений Анкары с Евросоюзом перспектив для усиления торгово-экономического сотрудничества с Европой становится все меньше. Хотя президент и сумел «закрутить гайки» во внутренней политике после неудачной попытки военного переворота в июле 2016 года, он все равно абсолютно от всех оппозиционеров не избавился, а его новыми врагами постепенно становятся такие же, как он – гораздо более агрессивные и радикальные исламисты

Чего душа желает

Официальная Анкара стремится сохранить неизменным свой внешнеполитический курс, особенно на сирийском направлении. Любые социально-политические потрясения в Турции могут сбить этот курс, а правящие элиты в этом не заинтересованы, ведь цели они себе поставили достаточно амбициозные. На сегодняшний день, Турция, культивируя духовно-патриотический дискурс в медиа, на полных парах стремится к реализации следующих основных внешнеполитических целей:

  1. Добиться урегулирования сирийского конфликта в статусе одной из стран-гарантов мира в Сирии и доминантной силы в регионе Леванта. Президент Турции сумел вывести страну из числа государств, которые проигрывали войну в Сирии, в одну из ведущих сторон конфликта, которые решают все вопросы, связанные с урегулированием ситуации. В течение последнего года триада Анкара-Тегеран-Москва стала де-факто главным внешним фактором в конфликте в Сирии и вывела за рамки международных переговоров таких игроков, как Саудовская Аравия, Катар, Израиль. Даже США и ЕС были вынуждены немного подвинуться.
  2. Сформировать турецко-болгарский региональный газовый хаб, который сможет замкнуть на себя газовые потоки из Каспийского моря и Ирана в Южную Европу и на Балканы. Это подкрепит геоэкономическое влияние Турции в Европе и Азии.
  3. Взять под контроль или заблокировать газовые месторождения на Кипре. В 2015 году у берегов Кипра обнаружили огромные запасы природного газа. За контроль над ними сейчас идет борьба между Турцией, Грецией, Египтом, Израилем, Ливаном и Кипром. Анкара не заинтересована в формировании египетско-израильского газового хаба в Восточном Средиземноморье, который сейчас начинает оформляться, а соответственно блокирует все попытки представителей этих стран начать разработку месторождений и в районе Кипра. Ввиду напряженной ситуации в этой части мира, именно Восточное Средиземноморье, по глубокому убеждению автора, станет одной из новых «горячих точек» на Ближнем Востоке.
  4. Потеснить Саудовскую Аравию в борьбе за региональное лидерство. Именно ради такой геополитической цели Эрдоган в свое время поддержал Катар в конфликте с Саудовской Аравией в мае 2017 года. Собственно, именно Турция и Иран сегодня выступают гарантами безопасности Катара и не дают Эр-Рияду возможности сменить власть в Дохе. Катарский кризис стала раздражителем в отношениях между Анкарой и Эр-Риядом, а Турция четко показала, что не даст саудитам доминировать на Ближнем Востоке.

Автократом надо становиться вовремя

На этом фоне турецкому лидеру необходимо быстро консолидировать власть в своих руках и ускорить реализацию плана, который он определил в прошлом году, когда население поддержало поправки к Конституции. Они дают президенту чрезвычайные полномочия, невиданные со времен основателя республики Мустафы Кемаля Ататюрка. По новым правилам, президент избирается на 7 лет и сразу совмещает полномочия президента и премьер-министра, а парламент фактически превращается в формальную структуру. Активация поправок к Конституции станет завершающим штрихом в узурпации власти Эрдогана и его правящей «Партией справедливости и развития». Для президента это чрезвычайно важный шаг, чтобы окончательно развязать себе руки и попытаться стабилизировать политическую систему, переформатировав ее под свои интересы.

Собственно, поэтому в Турции и поднят вопрос досрочных выборов. Реджеп Эрдоган стремится переизбраться на новый срок уже по новым правилам, и чем быстрее, тем лучше. Пока проблемы в стране не получили критической массы, протестный потенциал в обществе относительно низкий, а новые оппозиционные силы все еще маргинальны и не успели оформиться в конкретные и достаточно влиятельные политические партии и движения.

Итак, если выборы президента Турции состоятся уже в августе этого года, Эрдоган успеет досрочно завершить свое перевоплощение в турецкого лидера нового типа – с новой политической системой и обновленным мандатом доверия со стороны населения.


Поделитесь.




Новости партнеров



Оставьте комментарий

11 − один =