среда, 23 сентября 2020 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

Сергей Климовский: Война России с Турцией скоро перестанет быть «странной» Россия устала от самой себя и подобно перегревшемуся двигателю начинает идти в полный разнос

Термином «странная» война принято называть период Второй мировой войны с 3 сентября 1939 г., когда Великобритания и Франция официально объявили войну Рейху, и до вторжения его войск во Францию 10 мая 1940 г. Он появился в США осенью 1939 г. и отражал недоумение посредственных журналистов: как это так, – война объявлена, и где же боевые действия, сопоставимые с Первой мировой войной? Не одни только генералы мыслят в параметрах прошлых войн, штатские страдают этой болезнью ещё больше, чем военные.

У американской прессы этот термин позаимствовали некоторые журналисты Европы, в том числе Франции, которых не впечатлили наступление французской армии 7 сентября в Сааре, контрнаступление немцев там в октябре и бои на море. Слишком мало было трупов – немцы в Сааре без серьёзного сопротивления отошли за укрепления линии Зигфрида, а французы в октябре без боя ушли с занятых позиций за линию Мажино. Бои на морях имели вид локальных стычек, а не грандиозных дуэлей флотов. Журналисты были разочарованы как зрители, которые пришли на корриду, а вместо тореадора и быка на ней только клоуны.

Советская пропаганда тоже была разочарована, что «империалисты» не вцепились друг друга хваткой бульдогов, и «вторая империалистическая» идёт вяло, совсем не так, как ей полагается. Коммунисты СССР и Европы «болели» за Гитлера, который поднял немецкий народ на борьбу с «англо-французскими империалистами» и унизительного Версальского мира. Компартия Франции и её начальник Морис Торез голосовали в парламенте против кредитов на войну и призывали мобилизованных дезертировать. Но этот факт не помешал КПСС в 1964 г. переименовать город Чистяков на Слобожанщине в Торез.

Не только Вторая мировая, но и «вторая империалистическая» начинались странно, не так, как им полагалось по прошлому опыту. Немногие видели в тех событиях начало новой мировой войны. Это отчасти естественно – большое лучше видеться издалека. В период с 1337 по 1453 год никто в Англии и во Франции не догадывался, что они 116 лет ведут Столетнюю войну. Этот термин историки придумали спустя века. Но некоторые полагают, что «Столетняя война» закончилась только в 1628 г., когда кардинал Ришелье взял штурмом Ла-Рошель и Англия потеряла своё последнее владение во Франции.

С термином «странная война» получилось наоборот. Его крайне опрометчиво ввели в оборот журналисты, а историки пошли у них на поводу. Современные историки по-своему не менее консервативная публика, чем генералы. В результате термин «странная война» прижился в историографии, вопреки тому факту, что в этот период Рейх и СССР поделили между собой Польшу, с политической карты исчезли Дания, Латвия, Литва, Норвегия и Эстония, а часть территории Румынии и Финляндии была захвачена Красной армией. В Норвегии и в Финляндии шли вполне масштабные, а не «странные» боевые действия. Великобритания и Франция не только вели их против Рейха, но и разрабатывали план удара с авиабазы в Киркуке по нефтепромыслам Баку, чтобы лишь Рейх поставок нефти из СССР, – не только Европа, но и Азия становилась полем войны.

Вопреки этому, историография заканчивает период «странной войны» вторжением во Францию войск Рейха. Только с 10 мая 1940 г. якобы окончилась «странная» и началась «нормальная» война. Весьма странный взгляд. У него лишь два оправдания: консерватизм историков и неспособность многих людей, включая журналистов, увидеть за деревьями лес.

В российском наступлении на юге сирийского Идлиба, начатом 9 мая 2019 г., мало кто увидел начало Третьей мировой войны. Оно было первым и пробным, чтобы посмотреть на реакцию Турции. Конечной целью его было смещение линии фронта в среднем на 12-15 км и захват города Хан-Шейхун, столь дорогого сердцу россиян, поскольку там они в 2017 г. применили химическое оружие.

До 9 мая 2019 г. войска России и Асада не вторгались в турецкую зону деэскалации в Идлибе, соблюдая соглашения, подписанные в Астане и в Сочи. Вся «странная» война между Россией и Турцией до 9 мая сводилась к редким авиационным, артиллерийским и ракетным обстрелам Идлиба. После 9 мая эта «странная» война стала чередой локальных наступлений на Идлиб. До января 2020 г. войска России продвигались в Идлибе мелкими шажками. Турция возмущалась, но ничего серьёзного не предпринимала, если не считать двух-трёх локальных контратак сил сирийской оппозиции.

Но 27-28 января 2020 г. российские войска заняли город Мааррат-эн-Нууман, второй по величине после Идлиба, и всё изменилось. Эрдоган 29 января провел пресс-конференцию и заявил: «Наше терпение заканчивается. Если удары не прекратятся, Анкара предпримет все необходимые шаги. Турция не хочет захватывать сирийские территории. Для нас важно положение простых сирийцев, которых надо спасать. Турция надеется, что Россия в ближайшее время сделает соответствующие предупреждения режиму Асада. Россия должна пересмотреть сотрудничество с Дамаском, или с Анкарой».

Эрдоган, парируя пятилетнюю мантру Москвы о том, что в Сирии она ведёт войну с террористами, задал вопрос: «Кого вы называете террористами? Тех, кто защищает свои дома? Если вы спросите Москву, окажется, что все 4 миллиона жителей Идлиба – террористы. На самом деле эти люди бежали он насилия режима Асада».

Турция не ограничилась заявлением, что у неё иссякло терпение. Её армия с 29 января начала возводить земляные валы на автотрассе М5 Хама – Алеппо, захват которой стал целью российских войск. С этого момента «странная» война России с Турцией начала всё больше приобретать черты обычной войны.

Турецкая артиллерия с 7 февраля впервые стала вести огонь по асадовцам в Идлибе. До этого ничего такого в Идлибе не было по трём причинам. Турецкий военный контингент в Идлибе был небольшим, не имел тяжёлого вооружения вдоль линии зоны деэскалации, но имел чёткое указание в боевые действия не вступать. Боестолкновения с асадовцами были до этого только в районах за Евратом, подконтрольных курдам, когда оттуда ушли США и вошли турецкая и российская армии.

Военнослужащие на турецких наблюдательных пунктах в Идлибе не вступали в бои с асадовцами, когда те занимали местность вокруг них. Москва тоже запретила Асаду их атаковать и до 18 февраля позволяла туркам ввозить на них продукты и снаряжение, но не оружие и боеприпасы.

«Странная» война с 7 февраля вошла в новую фазу. Российская авиация и артиллерия продолжали по-прежнему «утюжить» поселки Идлиба и не скрывала этого. Турция тоже начала бить по асадовцам и регулярно сообщать, скольких из них удалось нейтрализовать. Этот термин включает, помимо убитых, также раненных и пленных. При этом армии РФ и Турции старались не задеть друг друга. Эрдоган, после гибели 6 военнослужащих Турции 9 февраля, гневно обвинил Москву, что она была предупреждена об их месте нахождения, но не уследила за асадовцами. В отместку турецкая артиллерия прошлась по военной базе РФ между городами Талль-Афар и Захра. О том, были или нет пострадавшие среди них, не сообщалось, и Москва с пониманием отнеслась к этому факту. «Странная» война.

Такое понимание было обусловлено ещё и тем, что в Анкару 10 февраля из Москвы прилетела делегация для переговоров. Переговоры шли в президентском дворце, но их содержание не стало достоянием прессы. Свет на него проливает только выступление Эрдогана, который 11 февраля потребовал, чтобы асадовцы до конца февраля отошли назад за турецкие наблюдательные пункты.

Вполне очевидно, переговоры в Анкаре закончились ничем. Асадовцы продолжили наступление вдоль автотрассы М5 как ни в чём не бывало, взяли её полностью под контроль и стали продвигаться к турецко-сирийской границе в Идлибе. Более того, с 9 февраля на украинско-российской границе застряло 250 грузовых фур с турецкими помидорами на общую сумму до $10 млн. Москва отказалась впустить их в Россию, мотивируя тем, что Турция исчерпала в январе квоту поставки в 150 тыс. тонн. По состоянию на 18 февраля эти помидоры всё ещё гнили на границе, а их судьба волновала частный турецкий телеканал NTV.

Застрявшие на границе помидоры не единственный новый поворот в этой «страной» войне.

16 февраля появилось интервью посла РФ в Турции Алексея Ерхова российскому армейскому телеканалу «Звезда», где он пожаловался, что на адрес посольства стало приходить слишком много писем с угрозами. Для примера привёл два: «Мы возведем небоскребы из черепов ваших военных» и «Заплатите цену за каждую каплю пролитой вами крови». Из всего интервью только это и растиражировали российские СМИ.

Интервью затеяли именно для тиражирования только этого сюжета, и оно адресовано не только аудитории «Звезды». Туристам из РФ неофициально дали понять: в Турцию лучше пока не ездить.

Симптоматично, что интервью появилось 16 февраля, а 17 февраля в Москву прилетала уже турецкая делегация поговорить об Идлибе, поскольку 10 февраля в Анкаре стороны ни о чём не договорились. Переговоры шли весь день и ещё два часа 18 февраля. По их окончанию стороны не сделали никаких совместных заявлений – это означает лишь одно – не договорились. После переговоров в Анкаре заявлений тоже не было. «Странная» война России с Турцией скоро перестанет быть «странной».

Между этой «странной» войной и «странным» началом Второй мировой есть две не странные параллели: военно-техническая и дипломатическая.

Первая, Турция пока технически не была готова к масштабным боевым действиям в Идлибе, подобно тому, как Великобритания и Франция не были готовы к масштабной войне с Рейхом. Журналисты, в отличие от генералов, «забыли», что войны начинаются не по взмаху жезла главнокомандующего. Нужна мобилизация, концентрация сил, план, и даже самые тупые генералы, в отличие от самых тупых журналистов, понимаю: потери будут реальные, а не виртуальные. Судя по тому, что в Идлиб из Турции с 7 по 18 февраля вошло не менее 500 единиц военной техники, турки только сейчас и спешно строят свою боевую логистику.

Вторая, дипломатическая, – в самом начале войны не всегда понятно, кто чьим будет союзником. Классика – Италия в Первой мировой войне. Изначально была союзницей Германии и Австро-Венгрии, но вступила в войну на стороне Антанты. «Странное» начало Второй мировой было обусловлено и тем, что СССР вступил в неё на стороне Рейха, чем осложнил жизнь британцам и французам больше, чем США своим обычным изоляционизмом и пацифизмом.

Эрдоган, решая вторую проблему, посетил 3-4 февраля Киев, а 14 февраля – Пакистан. В зале в Исламабаде на встрече с ним был выставлен не только флаг Турции, но и портрет Ататюрка. Эрдоган давно работает над своим имиджем ведущего лидера исламского мира и в Пакистане, выставив портрет, тонко провели параллель к нему от Ататюрка. Мириться с США в это время летала делегация от парламента Турции. В те же дни в Анкаре прошли непубличные переговоры с Катаром о поставках газа, а 18 февраля о военном союзе. Это лишь часть дипломатических ходов Турции в расчёте, что «странная» война с Россией скоро перестанет быть «странной».

Основная причина – путинский режим перед своей кончиной решил пустить Россию в полный разнос и испытать её жителей на прочность. Вылазка российской военщины на Луганщине под утро 18 февраля, как и её вторжение в Сирию и в Идлиб, – это лишь два эпизода «странной» или гибридной фазы Третьей мировой войны. Россия устала от самой себя и подобно перегревшемуся двигателю начинает идти в полный разнос.


Сергей Климовский / Facebook
Поделитесь.





Новости партнеров