среда, 17 июля 2019 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

Василий Рыбников: Офисный Планктон Сейчас у нас не та ситуация в стране, когда президент может себе позволить ездить на велосипеде. Это такая мечта, понимаешь, символ... Ну, как тарифы, заявил Зеленский

Представители кандидатской общественности стояли у входа в Жилой Офис Президента Украины на улице Банковой и пререкались с первым заместителем главы государства по вопросам фейс-контроля господином Корявченковым.

Господин Корявченков был одет в шорты, курил айкос на лесных ягодах и с подозрением поглядывал на очень длинную и тяжелую на вид шаурму в разгоряченной руке Петра Порошенко.

— Какие, нахер, шорты?! — возмущался Порошенко, размахивая шаурмой перед носом господина Корявченкова. — Твой гидрант все просрал, я пришел подставить ему свое плечо, впусти меня немедленно!

— Нада в шортах, — не сводя глаз с шаурмы, заученно бубнел господин Корявченков. — Дресс-код. Таков закон. В шортах нада, без шортов не нада.

— Уйди, барига, дай прайти, вэликий рэформатор! — с наслаждением сказал Саакашвили, отталкивая Порошенко голой волосатой ногой. — Твое врэмя ыстекло.

— Тебе тоже нада в шортах, говорящий бобер, — пробубнел господин Корявченков. — В шортах нада, в трусах не нада.

Саакашвили пощупал у себя под животом, и его лицо исказилось гримасой ярости.

— Какой-то тип украл мои шорты! — воскликнул он. — Я свуязыуваю это вауравство с Пэтром Порошенко! Он дал своим пасипакам пириказ нэ пускать меня в Офис пиризидента Зе…

— Миша, не ори, возьми мои, — устало предложил Ляшко. — У меня есть две пары запасных.

— Чужие шорты не нада, — сказал господин Корявченков. — Свои нада, чужие не нада.

— Е2 – е4, — задумчиво пробормотал Гриценко, всем своим видом показывая, что разыгрывает в уме хитроумную геостратегическую комбинацию. — Грицирианская защита. Просто дайте ему откусить кусок шаурмы, и он отстанет.

Глаза господина Корявченкова подозрительно заблестели. Порошенко заметил это и сунул ему под нос шаурму. Господин Корявченков жадно укусил ее за конец, скрипнул зубами и скривился.

— Да она черствая у вас, — изумленно сказал он. — Ладно, проходите, только быстро.

Представители кандидатской общественности поспешно просочились в офис. Гриценко в дверях прижал Вакарчука.

— Быстро назови мне параметры бюджета, — зловеще прошипел он. — Б20 — б12, шах.

— Параметры бюджета? — испуганно улыбнулся Вакарчук. — Для того мы и идем в Раду, чтобы все изменить.

— Ладья на х14, — злобно сказал Гриценко, стремительно распаляясь, — дешевый слон на ж5. Если бы у меня спросили параметры бюджета, я бы сказал: 8 миллиардов. Если ты не готов оперировать конкретными цифрами, то, извини, нехер лезть, жопа, говно, и без тебя уже тут, сука, артистов поналезло, ублюдок, мать твою…

— Это вы персонально сказали? — дрожащим голосом спросил Вакарчук, неуверенно выпятив кадык. — Это персонально, да? Это про меня, да?

Гриценко молча, но очень грубо вытолкнул певца на улицу, где его машинально укусил господин Корявченков. Удовлетворенно хмыкнув, лидер «Гражданской позиции» захлопнул дверь и подпер ее подвернувшимся под руку зеленым электросамокатом. Самокат заискрил.

— Дай пять! — радостно крикнула неслышно подъехавшая к посетителям на сигвее пресс-секретарь Юлия Мендель. — Обнимашки!

С этими словами она принялась по очереди бросаться ко всем на шею, красиво отклячивая ногу, а корпоративный фотограф безостановочно снимал происходящее на фотомыльницу.

— Уйди, дура, я женатый! — крикнул Ляшко, прячась от Мендель за Мосийчука.

— Это для общего блага нашего нового офиса! — возразила Мендель, беря у него пять. — Укрепляет дух коллектива, улучшает целеполагание, повышает мотивацию, развивает лидерские качества и умение работать в одной команде!

— Улыбочку для офисной стенгазеты! — воскликнул корпоративный фотограф.

— А ну-ка пошел нах…й! — грубо сказал Гриценко и, вырвав у него камеру, разбил ее о чей-то электровелосипед.

— Что-то ты, Степаныч, сегодня какой-то недобрый, — заметил Порошенко, отмахиваясь шаурмой от напрыгивавшей на него Мендель.

— А хули делать, — философски сказал Гриценко. – Видишь, что в стране творится.

— Та да, — согласился Порошенко, — развели балаган, суки.

— Прошу внимания, друзья, вдохновляющие офисные кружечки! — загремел над стойкой ресепшен зычный голос идеологической глыбы Стефанчука. — Всем по именной офисной кружечке, пожалуйста! Разбираем, друзья, разбираем!

Вихляя огромными парусоподобными шортами, романтично трепещущими на холодном ветру кондиционера, Стефанчук подгреб к гостям с подносом, уставленным красивыми зелеными кружечками с тризубом, реквизитами Жилого Офиса Президента Украины и крупно написанными именами: «Петр», «Анатолий», «Олег», «Игорь» и «Михо».

— Я нэ Михо, — надулся Саакашвили. — Михо — это такой грузинский дурачок.

— Ну так да, — сказал Стефанчук.

— Нэт, нэ да! — закричал Саакашвили, ударив кулаком по бортику аэрохоккея. — Это праувакация, и я связыуваю еуйо с Петром Парошенко! Сначала мэня не праупускал по указке Парошенко банк, патом мэня не праупускал па указке Парошенко ЦИК, тэперь пра мэна па указке Парошенко написали на чашка клывета! Нэ хочет тварь Парашенка изменений, но прыдется на это пайти!

— Тихо! — внезапно рявкнул Стефанчук. — Босс по телику, Мендель, сделай громче.

Мендель сделала громче.

— …И, наконец, на пост главы Николаевской областной госадминистрации президент назначил новое незапятнанное лицо — это Ополченец Сопля! — торжественно сказал топ-менеджер Жилого Офиса Президента Украины Андрей Богдан. — Настоящее имя этого прогрессивного губернатора пока называть нельзя, потому что он находится в международном розыске под санкциями, но это опытный специалист, прошедший несколько этапов очень жесткой проверки.

— Урааа, опа нах, йоба, я не такой как все, я работаю в офисе! — закричал пьяным голосом Лысый, вываливаясь из прозрачной кабинки корпоративного лифта с початой бутылкой виски в руке. — Ох, йоба, пабееда!

С этими словами он достал из кармана хлопушку и с оглушительным грохотом взорвал ее у себя над головой.

— Полундра, збоченцы вернулись! — закричал Мосийчук и, упав за стойку настольного футбола, метнул в Лысого огромный презерватив, заполненный чем-то булькающим и темным.

Презерватив отрикошетил от лысины Лысого, чвакнул о стенд с портретами лучших работников недели и разорвался. По Жилому Офису Президента Украины пополз удушающий запах разграбленного биотуалета.

— Ага! — торжествующе заорал Мосийчук. — Съело, чертово ЛГБТ? Пока я блюду традиционную семью и борюсь во всей стране с педофилией, наших детей прямо на Майдане пида…

— Как же ты задолбал уже, — устало сказал Ляшко, зажимая нос изящной перламутровой прищепкой. — Ты вообще еще хоть что-нибудь можешь?

— А как же, — обиженно сказал Мосийчук, швыряя вторую бомбу в ловко уклонившуюся Мендель. — Могу гондон кверху подбросить и так по нему тростью навернуть, что вообще никто не спасется.

— Это будет крайне вдохновляющим испытанием корпоративного духа нашего дружного офиса, — с сомнением в голосе сказала Мендель. — Однако сейчас большинство наших коллег принимает участие в загородном тренинге по мотивационно-лидерскому боулингу, и…

— А ну-ка заткнулись все! — рявкнул Порошенко, на мгновение забывшись. — Реванш поднимает голову, страна летит в п… К е… Короче, где этот чертов гидрант? Я пришел подставить ему плечо. У меня есть связи за границей.

— Я отвезу вас в его оупенспейс на корпоративном гольфкаре, — любезно согласилась Мендель, — но придется подождать. Владимир Александрович проводит срочное чрезвычайное заседание СНБО.

— Да? — с приятным удивлением спросил Порошенко. Лицо его разгладилось. — Надо же, пацан взялся за ум? Надеюсь, он сгоряча не решит выйти из ПАСЕ…

— Вообще-то заседание не про ПАСЕ, — уточнила Мендель, жестом приглашая гостей занять места в гольфкаре. — Там Данилюк опять ситуационную комнату потерял, решают, где бы еще поискать.

— Я свуязываю это с тем, что комната пропала па указке Парошенко, — решительно сказал Саакашвили. — Этот накаченный ублюдок очинь баится пэримэн.

Гольфкар ехал в президентский оупенспейс в пентхаусе Жилого ОПУ около 15 минут. Все молчали, с интересом изучая президентские буклеты брендовых украинских женщин с подробными фотографиями, еще более подробным перечислением параметров и довольными отзывами клиентов, как правило, на турецком. В основном были представлены женщины-флагманы; на последней странице имелись три бюджетные модели и одна женщина-середнячок.

— Приехали, — весело объявила Мендель. — Просьба подождать Владимира Александровича до окончания чрезвычайно срочного заседания СНБО в переговорной комнате на наших корпоративных банкетках.

Порошенко грубо оттолкнул ее в сторону, выбил ногой двери президентского оупенспейса и ворвался внутрь, потрясая шаурмой.

Зеленский сидел на заседании в гордом одиночестве, закинув босоножки на стол. В одной руке у него была дымящаяся чашка с надписью «Любимый Шеф», в другой — тонкая брошюра под названием «Самоучитель езды на велосипеде».

Увидев Порошенко, Зеленский поперхнулся кофе и поспешно спрятал самоучитель под стол, но было поздно.

— Ах ты Офисный Планктон, сука такая, ты что, даже на велике ездить не умеешь? — страшно прошипел Порошенко, надвигаясь на преемника.

— А то как будто ты умеешь, — задиристо ответил Зеленский. — И вообще, сейчас у нас не та ситуация в стране, когда президент может себе позволить ездить на велосипеде. Это такая мечта, понимаешь, символ… Ну, как тарифы.

Лицо Порошенко побагровело.

— Петр, не горячись, — встревоженно сказал Гриценко. — Ж5-х15, цугцванг.

— Да, не горячись, дуже дякую, — радостно подхватил Зеленский. — Это из-за тебя все случилось в ПАСЕ, а твой Климкин от меня все скрывал, а ответственность на мне, а я не виноват, а МЗС все провалил, а рейтинг у меня теперь упал, и Игорь Валериевич обещал за это переломать мне ноги, а потом я узнал с интернета, что пришла с России нота, а я опять ничего не знал, а уже ж можно было спокойно договориться за моряков…

Порошенко ринулся вперед и попытался ударить Зеленского шаурмой по голове, но Гриценко схватил его сзади за пиджак, и удар пришелся по лежавшему на столе планшету с запущенной игрой «Энгри бердз — Звездные войны-2». Планшет разлетелся вдребезги, шаурма выпала из руки Порошенко и покатилась по полу. Лаваш размотался, и стало видно, что в него был завернут обрезок трубы, украденной Свинарчуком с оборонного завода.

— Дуже дякую, — сказал Зеленский капризно. — Но не нада завидовать. Пришло время ломать систему, а Климкин ваш пусть пока отправит ноту родителям наших моряков и объяснит, что я ни в чем не виноват, меня обманули.

— Да, да, пусть отправит, — успокаивающе сказал Гриценко. — Пусть объяснит. А я тебя, Вова, тем временем научу в шахматы играть.

Зеленский посмотрел на него, как на дурачка.


Василий Рыбников / Цензор.нет
Поделитесь.





Новости партнеров