суббота, 17 ноября 2018 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

Александр Коваленко: Как притягивают за уши «успехи» ВКС РФ в Сирии Российские военные летчики в Сирии не встречают особого сопротивления, но несут потери больше, чем СССР в Афганистане

На прошлой неделе исследовательская организация из США Center for Naval Analysis опубликовала анализ успешности работы ВКС в небе Сирии под названием The Russian Air Campaign in Syria: A Preliminary Analysis. Автором статьи стал Антон Лавров, российский аналитик, решивший честно и не предвзято оценить российскую операцию в далекой и жаркой Сирии. И вот, все бы ничего, но уже который день подряд этот доклад будоражит ура-патриотические умы гибридной соседки нашей.

Дело в том, что Антон Лавров в своей работе отметил, что ВКС РФ в Сирии не только смогли успешно испытать целый комплекс вооружений, но и повысить свою эффективность благодаря первым за 30 лет действиям в реальной боевой обстановке. В целом же, по его мнению, опыт, приобретенный в ходе данной операции, будет применяться и в дальнейшем.

Не удивительно, что данный доклад так понравился российским ура-патриотам, ведь он, по сути, представляет собой «масляное масло», искажающее верное представление о КПД ВКС РФ в Сирии, и вот почему.

Для начала. ВКС РФ с 24.11.2015 по 07.05.2018 потеряли в Сирии 19 летательных аппаратов. Эти потери стали следствием как уничтожения с земли при помощи стрелкового оружия и ПЗРК, а так же обстрела из артиллерии по размещенным на авиабазе самолетам, так и в результате технической неисправности. И говоря о первом боевом опыте за 30 лет, Антон Лавров явно имел ввиду последний опыт ВВС СССР в Афганистане, и вполне было бы разумным сравнить эти два конфликта. И если уж так, то, невероятно, но ВКС РФ в Сирии, за два с половиной года потеряли больше техники, чем ВВС СССР за три первых года войны в Афганистане (14 единиц) или ровно столько же, сколько в 1988 – 19 единиц.

Собственно, это по цифрам, и их запомнить для нас очень важно. Ведь говоря об успешности операции ВКС РФ, следует учитывать, что само понятие полноценных боевых действий в рамках конфликта, в котором у противника нет систем ПВО и даже ПЗРК на вес золота, полностью нивелируется потерями в столь благоприятных условиях. К примеру, в том же Афганистане потери ВВС СССР возросли в разы после появления у афганцев ПЗРК Stinger. Имели ли сирийские повстанцы на вооружении ПЗРК, не говоря уже о полноценных ЗРК? Нет.

В действительности же ВКС РФ умудрились не только ухудшить свою статистику по потерям в стране, где им не оказывалось существенного сопротивления, но и провести операцию куда хуже, чем в том же Афганистане.

Отдельно хотелось бы заметить, что эксперт Center for Naval Analysis намеренно не коснулся конфликтов в Чечне и Грузии. К примеру, с 1999 года в Чечне потеряно было 62 летательных аппарата, из которых 51 вертолет и 11 самолетов. Вот он – конфликт с наличием у противника ПЗРК. Почему этот конфликт не был использован для сравнения, а приняты относительные 30 лет?

Или война с Грузией, где за пять дней, по версии российской стороны, было сбито четыре самолета ВВС РФ, а по версии грузинской стороны – 14 летательных аппаратов Российской Федерации. Из-за разнящихся данных и повышенной секретности, говорить о точных цифрах сложно, но даже если принимать в учет лишь минимальные потери, озвучиваемые Кремлем – один самолет в день, это реальные потери в ходе полноценного военного конфликта, когда у противника есть не только ПЗРК, но и комплексы ПВО.

А потому, какой опыт получили ВКС РФ в Сирии? Опыт по уничтожению школ и больниц при полном отсутствии адекватного ответа с земли? Вряд ли стрельбу в тире по мишеням можно назвать опытом в режиме боевых действий. И удивительно, что таковой анализ был притянут за уши в столь уважаемой организации как Center for Naval Analysis.


Александр Коваленко / livejournal.com
Поделитесь.




Новости партнеров



Оставьте комментарий

13 − 2 =