вторник, 17 июля 2018 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

Юрий Сандул: Меркель придется выбрать между Россией и Украиной Единственная реальная гарантия того, что через Украину будет идти российский газ в Европу – отсутствие «Северного потока-2»

Вот и премьер-министр Дании Ларс Люкке Расмуссен, вслед за канцлером Германии Ангелой Меркель, заявил, что хочет связать строительство газопровода «Северный поток-2» с сохранением роли Украины как транзитной страны.

Вроде бы и приятны они для нас, вот такие высказывания лидеров Запада. Известно, как важно для Украины и политически, и экономически, и с точки зрения безопасности – быть транзитером российского газа в Европу. Это не только деньги (глава «Нафтогаза» Андрей Коболев говорит о 3 млрд долларов в год) – их потерю в конце концов можно пережить, прежде всего это мощный (и по сути единственный) рычаг влияния Украины на Кремль. Еще проще говоря: транзит российского газа – серьезный предохранитель масштабной военной агрессии России против Украины.

«Северный поток-2» отнимет у нас и деньги, и упомянутый предохранитель. Поэтому наши вожди так настойчиво призывают прежде всего Германию не строить новый газопровод по дну Балтийского моря. И союзников у нас в этом деле немало: и США, и страны Балтии, и Польша, и Дания со Швецией, и Еврокомиссия, и вообще половина Евросоюза. Но реализация проекта, тем не менее, продолжается. Медленно, со скрипом, но продолжается.

К сожалению, приятные для нас высказывания Меркель и Расмуссена – это лишь «скрип». Возможно, со временем он станет непреодолимым препятствием для желающих построить «Северный поток-2», но пока только так.

Почему нет оптимизма? Потому что нет конкретики. Вот в новости Reuters о встрече канцлера Германии и премьера Дании сказано, что они «требуют от РФ гарантий, что Украина через «Северный поток-2″ не потеряет важную роль страны-транзитера газа и средства за транзит». Хотелось бы знать, какая конкретно гарантия может быть?

Любой масштабный проект в сфере энергетики не только коммерческий, но и политический. Не только «Северный поток-2», но и, к примеру, планы поставки в Европу сжиженного газа из США. Но эти две составляющие – политика и коммерция – никогда не равнозначны. Политика всегда перевесит. А если они еще и противоречат друг другу, то все равно учесть эти факторы просто невозможно. В таком случае политика безжалостно подавит любую коммерцию.

Германия, хочет она этого или нет, признает она это публично, или не признает, в вопросе о «Северный поток-2» вынуждена будет отбросить коммерческий фактор и выбрать политический. Другого не будет, но настоящая интрига несколько в другом: на самом деле в проекте «Северный поток-2» не один, а два политических фактора, точнее – политический фактор, состоящий из двух противоположных составляющих. Первая: поддержать Украину в ее противостоянии с Россией, вторая: поддержать Россию в ее противостоянии с Украиной. Вот между чем и чем придется выбирать Ангеле Меркель, а не между политикой и коммерцией. Меркель пытается показать, будто можно как-то примирить, совместить, согласовать коммерческую и политическую составляющую проекта «Северный поток-2». Возможно, что и так. Но речь идет не о выборе и согласовании между политикой и коммерцией, а о выборе (согласование невозможно) между двумя политиками – за Украину или за Россию.

А можно за Германию? Может быть, и Меркель и ее правительство так и будут делать: выбирать вариант, который они сочтут выгодным для Германии. Поэтому стоит уточнить: Германия будет выбирать в данном случае, что ей выгоднее – поддержать Украину или поддержать Россию.

Конечно, Германия очень хочет, чтобы для публики этот выбор был скрыт, чтобы публика думала, что Германия выбирает между коммерцией и политикой, и при этом согласна учитывать политический фактор так, как это выгодно Украине – то есть говорит о каких-то «гарантиях сохранения Украины как страны-транзитера». «Какие-то» – потому что совершенно непонятно, какими на практике должны быть эти гарантии. Соглашения? Устные обещания? Честное слово Путина?

Единственной реальной гарантией того, что через Украину будет идти российский газ в Европу – это отсутствие другого пути, то есть – отсутствие «Северного потока 2». И даже этот вариант невозможно назвать гарантией на 100%. Россия давным-давно и всем, кто не слепой, показала, что для нее газ в Европу – фактор политики, а не коммерции. Это с точки зрения коммерции отсутствие «Северного потока-2» служит стопроцентной гарантией, что украинская ГТС не будет пустовать, а с точки зрения политики такой гарантии нет и быть не может, потому что вообще не бывает гарантии там, где речь идет о внешней политике Кремля. Кремль готов пойти на разрыв любого двустороннего или многостороннего договора, если посчитает это целесообразным. Неужели сегодня, к примеру – после аннексии Крыма, у кого-то есть сомнения в этом?

Конечно, то, что Ангела Меркель признала политический фактор в вопросе о «Северном потоке-2», уже определенный шаг вперед. Еще вчера немцы говорили исключительно о коммерции. Сказывается мощное политическое давление на Германию со стороны ее партнеров и союзников на Западе. Но этого одного шага явно мало, и если для Германии строительство «Северного потока-2» – дело принципиально решенное, то остается один вопрос: слова о сохранении Украины как страны-транзитера – это только так, чтобы как-то успокоить критиков, или правительство госпожи Меркель действительно имеет какой-то замечательный план получения от России гарантий? Очень хотелось бы с ним познакомиться, хотя бы в общих чертах. В конце концов, Украина гарантиям Путина и России уже никогда не поверит, но еще может поверить гарантиям Меркель и Германии. Что про эти немецкие гарантии скажет госпожа канцлер?

Юрий Сандул / Укринформ
Поделитесь.




Новости партнеров



Оставьте комментарий

восемнадцать − пять =