понеділок, 15 серпня 2022 | ПРО ПРОЄКТ | КОНТАКТИ

Максим Михайленко: Кремль готовит одностороннее признание Лугандона С украинской стороны путинская помойка должна быть максимально надежно изолирована

Очень рад, что Россия устами Лаврова де-факто отказалась от изначально лицемерной, с ее стороны, идеи с введением в восточные районы Донбасса неких миротворцев. Поговаривают, что Лавров, как и Шойгу, а также ряд других военных преступников – завершат свою карьеру после имитации президентских выборов РФ в марте этого года. Вот пусть и останутся в своем закостеневшем амплуа, ловя рыбу на Валдае.

Дело там идет к одностороннему признанию «суверенитета» ошметков Москвой (и какой-нибудь Венесуэлой, хотя ей сейчас не до этого). Не вижу, почему наша верхушка делает из этого проблему – это фиксация реального положения вещей, раз уж жертвовать десятками тысяч солдат мы сегодня не хотим. Считаю, что подрыв «Лугандона», как и ее центрального нервного узла – РФ, может произойти только изнутри, под санкционным давлением Запада и внутренних, главным образом, социальных противоречий, а также начавшейся грызни за оскудевающие кормовые ресурсы.

Что нам делать? Усиливать оборону, выстраивать подпольно-диверсионные сети на оккупированных территориях, масштабировать вещание на восток и на Крым пропаганды, добиваться экономических, управленческих и социальных успехов. С нашей стороны путинская помойка должна быть максимально надежно изолирована, хотя, конечно, неизбежный fallout накопившегося в ее дряхлом коллекторе feci ударит по всем и со всех направлений.

Не зря Назарбаев в Штаты помчался – «побежденный на дальних подступах» русскоязычный ИГИЛ, возвращаясь с сирийских полей, пообещал ему джихад. Да и везде рвется, где тонко. Переговоры в Минске, или теперь и в Астане, а также в нормандском (берлинском) и женевском формате – надо вести, разумеется. Это создает полезную нагрузку для нашего МИД, нарабатывает навыки особенно нового призыва дипломатов.

Мы должны показывать, что готовы к диалогу – но только на наших условиях. В украинском формате жесткой линии. Другой линии у нас быть не может, а те, кто считает, что может – работают на Россию. Tertium non datur (третьего не дано – ред.).


Максим Михайленко / Facebook
Поділіться цим