вторник, 16 октября 2018 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

Дать в морду революции: Кому захотелось кофе на Крещатике Знаменитый мем «Кофе идешь пить?» обретает новую жизнь в устах ярых противников «михомайдана»

Украинская политика обладает одним удивительным свойством: тут происходит много вещей, которые казались ещё вчера невозможными, и одновременно не происходит ничего. Но находятся желающие защитить это ничего, пишет Леонид Швец для Фокуса.

В верхних строчках президентского рейтинга всё так же, как пару лет назад, редко выходя на двузначные показатели, процент туда, процент сюда, периодически сменяют друг друга Порошенко и Тимошенко. Правящая коалиция всё так же наскребает голоса у союзных пострегиональных фракций и групп. При этом по столице на регулярной основе маршируют за импичмент и проходят воскресные вече, где ведущую роль играет Михеил Саакашвили, политик, к лету нынешнего года почти исчезнувший с горизонта. Его, как сломанную игрушку, попытались отбросить подальше от Украины, лишив гражданства, но игрушка оказалась бумерангом.

Отчаянная личная ситуация вынуждает Саакашвили делать отчаянные вещи. Вчера ещё, в собственных глазах, претендент на место в Книге Гиннесса как дважды реформатор в двух разных и очень непростых странах, он в итоге оказался изгоем-апатридом, из которого лепят ненормального и преступника. Причём лепят те, кто не отличается ни моральной чистотой, ни историческими заслугами перед своей родиной. Понятно, что грузинский президент готов в ответ устроить революционную бурю в Украине и жаждет видеть её признаки даже там, где их нет. Просто немногие, помимо него, готовы к новой буре и хотят её.

А где появляется безудержное революционерство, там непременно последует реакция в виде недовольного охранительства. В социальных сетях и на телеканалах его давно с избытком, а тут, под влиянием событий последнего воскресенья, когда Саакашвили зачем-то направился захватывать Октябрьский дворец, сетевые охранители решили развиртуализоваться и «попить кофе на Крещатике». Кто-то и правда не прочь себя показать, других посмотреть и обменяться словом-другим с единомышленниками. А некоторые не скрывают, что акция будет носить характер демонстративной угрозы всякому политическому хулиганью: «просто военные захотели выпить кофе в кругу друзей». Будто нет военных в рядах оппонентов. И как в рядах «мишиных» есть те, кто ищет повод чего-то разбить и поджечь пущей революционности ради, так и среди «петиных» звучат голоса тех, кто не прочь «погонять тряпками» первых.

В качестве проясняющего акта самоидентификации и организации тусовка охранителей дело полезное. Уже давно глупо делать вид, будто страна поделена исключительно на патриотов и «вату». Украина, к счастью, намного сложнее, но, к сожалению, эта сложность слабо представлена на гражданском и политическом уровне. Война, помимо прочих бед, затормозила естественный и благотворный процесс общественной структуризации постмайданной Украины.

В то же время бросается в глаза чудесатость украинского политического охранительства. Классическая установка «Дать революции в морду» в украинских условиях майданопочитания выглядит как «Дать революции в морду за то, что она не революция».

Идеология Майдана как народного сопротивления произволу бесконтрольной, безответственной власти не уживается с вольной или невольной сакрализацией власти, которая лежит в основе этой позиции. Кроме того, если оставаться в рамках идеологии Майдана, на постмайданную власть наложено обязательство коренным образом изменить ситуацию, которая привела к произволу бесконтрольной, безответственной власти. То есть статус-кво в этой логике и этике абсолютно запрещён. А охранительство, как ни пляши, это борьба за статус-кво.

Поразительно сходство украинской охранительной риторики с российской: кругом враги, только у них это Запад, у нас – Россия. Кто против власти – тот враг. А с врагами не разговаривают, их бьют.

При этом статус-кво, в отличие от России, где охранительство процветает в самых диких, разухабистых формах, в Украине власть не поддерживает не только большинство, но и сколько-нибудь значимое меньшинство. Ни для кого не секрет, что у нас непопулярная и слабая власть. И позиция её всемерной защиты понятна, слабое требует защиты, но сильнее и популярнее она от этого не становится, а наглее – запросто. Нам точно нужна слабая, непопулярная и наглая власть?

Трудно не согласиться с тревожным тезисом, что «мы можем потерять Украину». Но потерять можно лишь обретённое, а мы – как политически представленное и согласованное множество интересов – ещё Украину не обрели, в отличие от известной и мало с годами меняющейся группы людей, чьи интересы во власти представлены приоритетным, а то и монопольным образом. Что сохранять-то? Вот это? Может, всё-таки именно неуклонный уход от старой системы позволит не потерять Украину, а не наоборот? И Украине для собственного спасения позарез необходимо не потакание власти, норовящей сохраниться, не меняясь, а активное организованное давление на неё. Разумеется, не в районе центрального входа в Октябрьский дворец.

А вообще, конечно, у нас свободная страна. В той части, что у нас каждый пьет что хочет и с кем хочет.


Поделитесь.




Новости партнеров



Оставьте комментарий

пять × 4 =