вторник, 18 февраля 2020 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

Нефть превыше всего: Как в Берлине склеивали Ливию Участники Международной конференции по Ливии в Берлине договорились нарушать договоренности – хотя с виду и не скажешь

Дипломатическая активность стран западного конгломерата в приложении как к Ближнему Востоку, так и к любому региону в случае участия в переговорах России давно не вызывает ничего, кроме иронии. В связи с чем первый вопрос, который неизбежно ставит на повестку дня прошедшая в Берлине конференция по ливийскому урегулированию, такой: а как удалось так быстро собрать подобный пасьянс и молниеносно прогнать это мероприятие через церемониальную рутину?

Молниеносная конференция

Ответ можно считать триединым. Первый элемент — речь идет о нефти, ведь оба противоборствующих в Ливии лагеря, поддерживаемые каждый весьма пестрыми коалициями, заблокировали поставки ливийской нефти на европейский рынок. Но вина в этом орд маршала Халифы Хафтара, которого турки и американцы принялись оттаскивать от осаждаемой им столицы страны Триполи, значительно весомее.

Второй элемент: в первую очередь европейцы, во многом утратив присущее им столетиями колониальное коварство, все-таки хотели бы ввиду проблем с Ираном избегнуть столкновения Турции и России на ливийской территории. Ведь во всех прочих итерациях тлеющего и превратившегося в сеанс геополитической некромантии «ближневосточного кризиса», начавшегося еще на заре 2010-х годов, в особенности с момента позорной истории с «красными линиями» Барака Обамы, очередной виток резни приводил к новым волнам миграции из региона на территорию ЕС.

Так или иначе, несмотря на продолжающееся охлаждение отношений Брюсселя с Анкарой, выразившееся в очередном сокращении технической помощи (нуждается ли в ней Турция — вопрос десятый), в ЕС и Великобритании точно не хотят разрыва многострадальной Ливии на два генератора мигрантов. Ведь в такой конфигурации нажимать на педаль миграции будет не только турецкий лидер Реджеп Эрдоган, но и Владимир Путин.

Наконец, третий элемент столь нехарактерной для европейцев скорости реакции, проявившейся в организации и проведении берлинской встречи, — это неуемная жажда французского и германского лидеров встретиться с Владимиром Путиным. Как известно, в силу таких мелочей, как санкции, моральное неприятие крупной группой стран милых российских забав вроде агрессии против соседей и разнообразной террористической деятельности на территории самих западных государств, транзитному «вождю-трансформеру» России часто приходится заходить на подобные мероприятия через «черный вход».

Между тем внешняя политика Парижа и Берлина многим сегодня видится как тупиковая и малоэффективная, отсюда и надежда на Путина, который — независимо от проблематики таких встреч, будь то Ливия, Сирия, Украина или борьба с глобальным потеплением — просто обязан доставить европейским друзьям «чашу Грааля» позитивных оценок их стратегической линии. Пусть эти позитивные оценки не обеспечат немцам и французам дружелюбия демократически ориентированных комментаторов, но для среднего избирателя сойдет. Мол, вон наш (и наша) с самим Путиным встречается или Эрдоганом — такими страшилищами, значит, и наши лидеры чего-то стоят!

Отщепенцы

От этих базовых предпосылок в Берлине отличались мотивы только трех участников.

Это, прежде всего, премьер Великобритании Борис Джонсон, который прибыл в Германию, похоже, с тремя собственными целями.

Первая — кулуарно пообщаться с Ангелой Меркель в отношении англо-германских деловых связей, потому что Брекзит Брекзитом, а они весьма значительны.

Вторая цель скорее имеет отношение к хорошему тону — показаться в Европе, да еще по ближневосточному поводу, тем более ввиду наличия на встрече президента Эрдогана, с которым Джонсона роднит саркастический склад ума.

Цель третья — поставить на место Владимира Путина, объяснив тому, что, несмотря на переезд в Великобританию как бы ни трети московского крупного бизнеса, ни о какой нормализации отношений с государством-террористом, во главе которого стоит Путин, не может быть и речи.

Второй участник мероприятия, рельефно выделявшийся на фоне разного рода внешнеполитической мебели, — это госсекретарь США Майк Помпео, находящийся сегодня между молотом и наковальней, не говоря уже о кузнечных мехах. Госсекретарь, пытающийся угадать, надо ли ему рисковать в гонке за место в Сенате США от обласканного штата Канзас, вынужден бороться с цунами внешнеполитических кризисов, в частности на Ближнем Востоке. Но точно так же Помпео в разной степени обязан рядиться с китайцами, россиянами, меркантильными европейцами, раскачиванием Балкан, дома он тоже противостоит импичменту, параличу в связи с ним государственного департамента. В общем, забот невпроворот.

Высказав все, что Вашингтон думает о некоторых присутствовавших, ливийцах, их друзьях и недругах, американский министр достаточно быстро убыл — фактически под ручку с Эрдоганом, который уже многие месяцы находится с Дональдом Трампом в отношениях любви-ненависти. Впрочем, американо-турецкие игры часто похожи на притворство, с объективной точки зрения двум медведям трудно ужиться в одной берлоге (даже если эта берлога размером с НАТО), а с субъективной — оба явно подтрунивают над прочими участниками спектакля, поскольку других медведей в нем пока не заметно. Что касается Путина, то он содержится в соседнем вольере.

Третий участник берлинского шоу, который участвовал в нем с собственными резонами, — это собственно сам Эрдоган. Ведь, как ни крути, а ливийского мятежника Халифу Хафтара, который, побывав агентом всех разведок и клиентом всех великих держав и при этом обязан сверять свои действия со всеми интересантами, независимым игроком не назовешь. Зато Эрдоган, чей спецназ уже взял под охрану законное руководство Ливии в Триполи, неплохо погулял по дастархану.

Турецкий президент обвинил Путина с Хафтаром в эскалации и призвал прекратить насилие. Сам он, естественно, позиционирует себя голубем мира, укрывающего своими крылами Фаиза Мустафу ас-Сараджа, премьер-министра международно признанного, но контролирующего едва 20% Ливии правительства национального единства. В общем, ничего сенсационного — сама по себе эта конференция продемонстрировала, как многие подобные мероприятия до нее и после нее, обычный уровень дипломатической импотенции в эпоху слома «мальто-мадридского» мирового порядка, перетекающего, собственно, в беспорядок, войну всех против всех по Гоббсу под пристойной декорацией бюрократии. И — не более того. Совершенно очевидно, что ливийский вопрос, равно как и сирийский, и украинский — будет урегулирован силой. Просто необязательно «сапогами на суше».

Замок заклинило

Тем не менее, оценки произошедшего в Берлине предсказуемо разнятся в зависимости от интересов сторон. Немецкие СМИ трубят о большой победе дипломатии Меркель, глава тамошнего МИДа Хайко Маас вещает о «найденном ключе к решению конфликта» и о том, что «осталось только вставить ключ и повернуть».

Но темы, затронутые в ходе обсуждения, оставляют большой простор для скепсиса. Допустим, военная комиссия в Женеве соберется, но ждать от нее неких прорывов не стоит. Режим прекращения огня, судя по предыдущему опыту, окажется фикцией. Вывод иностранных формирований в настоящее время — это вообще из области фантастики. Наконец, создать единое правительство с одобрения ливийского парламента — это еще больше ослабить Сараджа. В общем, Хафтар и Путин вроде как могут праздновать.

При этом хотя имеются все основания подозревать в лукавстве министра иностранных дел (все еще — говорят, в рамках транзита Путин упрашивает его остаться) РФ Сергея Лаврова, тот заявил, что берлинская встреча оказалась безрезультатной, хотя и создает предпосылки для согласования условий начала мирных переговоров. В общем, в Москве — а также в Париже, который также тайно снабжает Хафтара, — остались недовольны неуступчивостью Турции, явно поощряемой США.

Иными словами, результаты, в общем-то, если и есть, то нейтральные. С официальной же точки зрения круглые очертания берлинского нуля выглядят следующим образом.

Во-первых, участники конференции стремятся гарантировать безопасность работы ливийской Национальной нефтяной корпорации (NOC). В совместном заявлении участников подчеркивается, что, в соответствии с резолюциями Совета Безопасности ООН номер 2259 и 2441, NOC является единственной независимой и легитимной нефтяной компанией Ливии. Отметим, что нефтяной вопрос идет первым пунктом, в отличие от проблематики насилия, войны и прав человека, что еще раз подчеркивает уход Запада от гуманистического стержня в обсуждении ближневосточной кризисной линейки.

В документе зафиксирован призыв «воздержаться от любых враждебных действий, направленных против (нет, не гражданского населения) всех нефтяных объектов и инфраструктуры» NOC, а также противостоять «любому незаконному использованию энергетических ресурсов» Ливии.

Во-вторых, в проекте итогового заявления также указывается на необходимость разоружения находящихся в Ливии военных формирований, связанных со всеми сторонами, вовлеченными в конфликт.

А дальше — ритуальные благоглупости. Так, участники конференции готовы способствовать сохранению суверенитета, территориальной целостности и национального единства Ливии. «Только политический процесс, проводимый самими ливийцами и под их собственным руководством, может положить конец конфликту и принести долгосрочный мир», — говорится в лирическом тексте черновика резолюции.

В нем также отмечается необходимость соблюдения запрета на оружейные поставки Ливии, предусмотренного резолюцией Совбеза ООН номер 1970. В случае его нарушения участникам конференции следует применять предусмотренные Совбезом ООН санкции, а также ввести штрафные меры на национальном уровне, указывается далее в документе.

Стоит ли напоминать, что интервенция России (гибридно признанная самим Путиным) и Турции — осуществляемая официально — в Ливию, в реальном времени «обнулили» режим санкций? И потом, даже если оружейное эмбарго не будет нарушено — само по себе оно станет услугой Хафтару.

Поэтому использовать обтекаемые формулировки берлинского коммюнике воюющие стороны станут так, как им представляется удобным. Ближайшее время протурецкая и пророссийская (хотя скорее просаудовская) коалиции постараются решить вопрос доминирования в Ливии или ее раздела нахрапом, а если не выйдет — начнут позиционную войну под фиговым листком «берлинских соглашений».

Ведь эти соглашения — в черновой, рабочей форме — для того и были написаны на коленке Ангелы Меркель, чтобы в лучшем случае стабилизировать новый конфликт в Ливии, а в худшем — умыть руки.


Максим Михайленко / Деловая столица
Поделитесь.





Новости партнеров