понедельник, 20 мая 2019 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

Предвыборная дойка: Почему Мосийчук может позволить себе самосожжение Из «простых и недалеких, но очень обеспокоенных парней» «радикалы» моментально мутировали до циничных коррупционеров, подыгрывающих своему спонсору и фармакологической мафии

Попытки украинских политиков и «обеспокоенной общественности» бороться с и.о. министра здравоохранения – это эпос, легенды и мифы замшелой древности

Тут тебе и Авгиевы конюшни, и спор вокруг яблока раздора за звание «наипрекраснейший фармокоролевы Украины», и оды, и оргии. Тут есть все. Не хватало только Данко, который вырвет у себя из груди пылающие сердце, чтобы освятить украинцам путь к бесплатной медицине и вечному здоровью. И он пришел.

На прошлой неделе Окружной админсуд Киева удовлетворил иск нардепа от Радикальной партии Игоря Мосийчука, запретив Уляне Супрун выполнять обязанности министра здравоохранения. Но тут Виталий Шабунин – руководитель Центра противодействия коррупции, выяснил, что пояснительную записку за подписью Мосийчука о том, что Уляна Супрун «присвоила» себе полномочия министра, готовили на компьютере депутата от «Оппоблока» Александра Долженкова, близкого к Ринату Ахметову.

Из «простых и недалеких, но очень обеспокоенных парней» «радикалы» моментально мутировали до циничных коррупционеров, подыгрывающих спонсору и фармакологической мафии. Теперь, вместо того, чтобы продолжать в упор не понимать специфику реформы здравоохранения, пугать украинских граждан геноцидом и собирать электоральные дивиденды, Игорь Мосийчук вынужден оправдываться и отмываться от подозрений в работе на Ахметова. Охотник превратился в дичь. Хайп получился знатный. Некоторые украинские СМИ вышли с заголовками о том, что нардеп пообещал сжечь себя на ступеньках Верховной Рады. А некоторые лидеры «Фейсбук»-мнений запустили флеш-моб, публикуя фото канистр с бензином и призывая: «Мосийчук, поджигай!».

Анекдотичность происходящего как-то отодвинула на задний план основной вопрос: «Зачем?». Для чего нардепам от Радикальной партии блокировать работу Министерства здравоохранения? Предложенная Шабуниным версия о связи этой партии с Ахметовым правдоподобна. Тем более что сами «радикалы» не сильно-то скрывают эту «дружбу с привилегиями». Но эта версия не единственная. Для того чтобы продвигать какие-то идеи, политик должен быть уверен не только в щедрости спонсора, но и в лояльности масс. Дело не только в деньгах. Вся суть судебного разбирательства, затеянного Мосийчуком, в специфике популизма. Популисты апеллируют к наипростейшим инстинктам, страхам и предрассудкам. Желая понравиться избирателям, они взывают к извечному противостоянию: «Мы – простой народ, а они – элита».

Популисты делают ставку на жителей сел и небольших городков. На людей, которых им легко обмануть или соблазнить пустыми обещаниями. Районные центры, рабочие кварталы когда-то промышленных городов – вот их электоральные пастбища. Сельская амбулатория, в которой работает одна медсестра, а если повезет, то целый фельдшер, превращается в их речах в «то хорошее, что нельзя дать уничтожить горе-реформаторам». Требуя отставки Супрун, они не предлагают своего плана развития доступной медицины. Они только пугают людей, предрекая им потерю того, чего у них и так никогда не было. Украинские популисты всегда противопоставляют одну часть общества другой. Село и город, Правобережная и Левобережная Украина, русскоговорящие и русскомолчащие граждане. Каких только искусственных противопоставлений мы не видели за эти годы. Особенно рьяно они вбрасывались в информационное пространство, когда необходимо было обговорить что-то серьезное, влияющее на жизни всех украинцев. Теперь в ход пошло разделение на тех, кто рушит привычный постсоветский уклад и тех, кто рушит их планы по разрушению. Но это все та же дихотомия – целенаправленное деление украинских граждан на части. А потом противопоставление одной части другой.

Для «радикалов» суд против Супрун – это работа на свой базовый электорат. Каков бы ни был вердикт суда, ничто не помешало бы им конвертировать его в свои политические рейтинги. Если бы Супрун не отстранили – «Злодеи поддерживают геноцид прихворавших простых украинцев». Если бы отстранили – «Ляшко придет – порядок наведет». Целую неделю недовольство либеральной общественности сводилось борцами за архаическую медицину к дискуссиям: «мнение на мнение», «простой народ против столичных хлыщей». Для популистов, паразитирующих на недалекости маргинальных слоев общества, лучшей политической диспозиции и не придумаешь. Даже сейчас, после возникшего подозрения в материальной подоплеке иска Мосийчука против Супрун, в жизни партии имени Олега Ляшко мало что изменится. У них с Шабуниным разные целевые аудитории. Вряд ли бабушка из села, которую «радикалы» сняли в своем ролике об ужасах реформированной сельской медицины, услышит что-либо о находках Центра противодействия коррупции.

Популисты всегда опираются на волю большинства, на некие социологические данные, которые должны служить им оправданием. Противники реформы Супрун часто повторяют, что ее не поддерживает большинство украинцев. По этому поводу профессор Юваль Ноа Харари в книге «Sapiens: Краткая история человечества» сказал, что «большинство» – это манипулятивная величина. Ведь на ферме, например, большинство составляет домашний скот. Популизм опошляет политический дискурс и унижает избирателя. С помощью громких заявлений и пиар-выступлений у общества формируется «мнение». А потом искусственно созданное мнение становится основой для новой манипуляции. Основной вопрос во всей этой истории не в том, почему у документа подписанного Мосийчуком, оказались выходные данные депутата от «Опозиционного блока», и даже не в том, позолотили ли ему ручку, или он от чистого сердца добивается отставки Супрун, а в том, сколько еще украинские избиратели будут позволять низводить себя до уровня кормовой базы для популистов? Пока критики не представят свои варианты реформирования системы охраны здоровья, нападки на Супрун стоит воспринимать не иначе, как зов избирателей на предвыборную дойку.

Без людей, готовых поддерживать политиков, эксплуатирующих образ «простого недалекого, но очень активного и неравнодушного парня», олигархам было бы сложно удерживать влияние на политику. Публичная дискуссия, где собеседники не корчат из себя идиотов, не оставляет места для политиков, озабоченных дальнейшей карьерой, для откровенного популизма. Но украинцам нравятся популисты. Даже несмотря на то что их связи с теми или иными денежными мешками известны их симпатикам. Сделки по покупке депутатских партий, голосований лидеров и рядовых членов партий тормозят украинские реформы десятилетиями. Но именно украинский избиратель дает разрешение на оформление этого договора о купле-продаже.


Лариса Волошина / Деловая столица
Поделитесь.





Новости партнеров



Оставьте комментарий

семнадцать − шесть =