вторник, 19 февраля 2019 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

Достанут и в бункере: Почему Путина напугали ядерные мини-бомбы США Кремль крайне встревожен началом серийного производства новых американских маломощных ядерных боеголовок

Администрация Дональда Трампа достаточно быстро перешла от разговоров к действиям — от создания в 2017 г. совета по обсуждению и оценке ядерного потенциала, в контексте пополнения арсенала маломощными боеприпасами с целью сдерживания России, Ирана, КНДР до, собственно, старта производства таких боеприпасов. Один из 14 заводов, построенных во время Второй мировой для ликвидации дефицита боеприпасов, Pantex в Техасе, который ныне известен как производитель и утилизатор ядерных боезарядов, начал серийное производство ядерных боеголовок малой мощности W76-2.

W76-2 — «дочь» боеголовки W76 образца 1970-1980-х гг. Этот трамповский «мининьюк» в разы уступает в мощности W76 — 5-6 килотонн против 100 килотонн. Для сравнения: мощность бомбы «Малыш», сброшенной на Хиросиму 74 года назад, составляла 15 килотонн. А тот адский снаряд давно считается «слабенькой бомбочкой» по сравнению со своими «потомками». Но это не значит, что W76-2 — бесполезная трата времени, денег и ресурсов. Перед этой боеголовкой стоят совершенно иные задачи, в большей степени отвечающие духу времени.

Ею будут оснащены часть межконтинентальных стратегических баллистических ракет Trident II, а те, в свою очередь, отправятся на американские атомные подводные лодки класса «Огайо». На вооружение, как планируется, поступят уже в сентябре 2019-го, то есть весь процесс производства был продуман и расписан от А до Z. Это раз. Два — не было нужды в ядерных испытаниях, ведь W76 в США уже давно была испытана. Отсюда и такой быстрый переход от заявлений до станка и, как результат, поступления на вооружение уже в этом году. Правда, количество боеголовок не озвучивается, но самого факта их производства достаточно, чтобы в Кремле нервничали. Особенно учитывая, что в планах минобороны США — создание таких же маломощных ядерных боеголовок для крылатых ракет морского базирования.

Глава МИД РФ Сергей Лавров очень быстро отреагировал на сообщения о серийном запуске боеголовки W76-2, заявив, что Соединенные Штаты, дескать, таким образом повышают риск ядерного конфликта. «Эта тема уже была включена в прошлогодний обзор политики Вашингтона в ядерной сфере. Уже тогда мы выражали серьезную озабоченность по поводу того, что разработка таких боеприпасов малой мощности понижает порог применения ядерного оружия и, конечно же, повышает риск ядерного конфликта», — заявил Лавров, скромно умолчав о действиях самой России в том же направлении.

В Штатах же ожидаемо отмахнулись от тревог и обвинений из страны, которая годами саботировала выполнение положений Договора о ликвидации ракет средней и малой дальности наряду с другими международными соглашениями. Так, Вашингтон голосом помощника госсекретаря Андреи Томпосон отрезал: «У США должны быть современные, надежные и устойчивые силы ядерного сдерживания».

По сути, же Соединенные Штаты сокращают разрыв в тактических боеприпасах, обозначившийся после распада Союза, когда первые выбрали высокоточное оружие, а вторые — массового поражения. Имеющийся в США арсенал бомб и ракет — неядерных — оказался малоэффективным при выполнении определенных задач. Например, мощные, внушительные бомбы вроде BLU-82/B оказались неспособными пробуравить земную твердь, чтобы добраться до бункера Усамы бен Ладена 17 лет назад в Афганистане. А когда в укрепрайон Тора-Бора, где тогда скрывался бен Ладен, перебрались боевики «Исламского государства», американцы сбросили «матерь всех бомб» — GBU-43/B. Чего также оказалось недостаточно — вырубленный в горных породах комплекс оказался разрушен лишь частично.

Потому-то и возникло понимание — США нужно мощное, условно новое противобункерное оружие. Точнее, понимание этого возникло еще после фиаско в Афганистане. В 2002 г. в Конгрессе был представлен доклад по ядерной политике, в котором шла речь о необходимости создать маломощный (5 килотонн) боеприпас, чтобы тот мог пробиться на глубину 300 м. Тогда инициативу в Штатах зарубили. А при Бараке Обаме об этом даже и заговаривать не было смысла. К идее маломощного ядерного оружия в Вашингтоне смогли вернуться, когда в Овальный кабинет попал человек, не слишком уж обремененный этическими и моральными нормами, а напротив — готовый рубануть с плеча, когда нужно. Да и не нужно тоже.

Таким образом, при одобрении Трампа США действительно, как жалуется Лавров, решили понизить порог применения ядерного оружия. Как минимум ментально, ведь если американским военнослужащим понадобится добраться до «начинки» бункера, и в арсенале есть соответствующее средство, то есть отличная от нуля вероятность, что Трамп даст добро на его применение. В то же время Лавров кривит душой, разглагольствуя о катализаторах ядерного конфликта, поскольку, со своей стороны, Москва понизила планку применения ЯО, создавая различные вариации ракет для «Искандера». Например, крылатую ракету 9М729 производства ОКБ «Новатор», которая и подтолкнула США к выходу из ДРСМД после нескольких лет упрямых отнекиваний Кремля. Кроме того, не будет лишним напомнить и о военных доктринах России, в которые с 2010 г. включают пункт об использовании ядерного оружия в ответ на агрессию других стран посредством и ЯО, и оружия массового поражения, и обычного оружия.

Очевидно, Штаты должны были отреагировать на эти телодвижения, пусть и с некоторым запозданием. Но при этом ответ Вашингтона соизмерим и одновременно в корне отличается от методов военно-политического шантажа, применяемых Кремлем. Суть различия в уровне технологий, используемых сторонами. Российские вооружения сегодня характеризует технологическая отсталость, что обусловило мифологизацию некоего супероружия. Ибо в распоряжении остались устаревшие либо стремительно устаревающие вооружения и подходы. Там, где американцы скорее применят высокоточный боеприпас для минимизации затрат и потерь среди мирного населения, россияне заморачиваться не станут. Что Россия продемонстрировала в Сирии, где ВКС, по неоднократным свидетельствам, проводили ковровые бомбардировки и применяли химические боеприпасы, игнорируя огромное число жертв среди мирных жителей.

С появлением у США новых маломощных ядерных боеголовок для точечных ударов эффективность российского оружия становится еще более сомнительным. Ко всему, Лавров в своем комментарии расписался за Россию в том, что та сомневается в своей способности отличить ядерный боеприпас от неядерного. Между прочим, не впервые. Еще в середине 2000-х в Штатах возникала дискуссия относительно создания высокоточных боеприпасов на базе межконтинентальных баллистических ракет Minuteman-III. Но американцы отказались в итоге от этой идеи из-за россиян. И как раз по причине того, что РФ отслеживала «минитмены» и могла не идентифицировать пуск новой ракеты как неядерный. Так что в случае с W76-2 американские субмарины «Огайо» имеют все шансы стать новым именем нарицательным «американского превосходства» для российского флота.


Владислав Гирман / Деловая столица
Поделитесь.





Новости партнеров



Оставьте комментарий

тринадцать + 19 =