вторник, 12 ноября 2019 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

Операция «преемник»: Закулисье создания православной церкви в Украине УПЦ МП все же сорвалась и «показала личико». Борьба за мир – за русский мир – будет решительной и бескомпромиссной

Объединительный поместный собор украинской православной церкви особых сюрпризов не принес – во всяком случае, пока. Главная цель достигнута: у нас есть Православная церковь Украины во главе с митрополитом Киевским Епифанием. Он был избран согласно Уставу под наблюдением представителей Вселенского патриархата, в присутствии президента Украины, в общем, нет никаких поводов усомниться в легитимности произошедшего.

Вселенский патриарх Варфоломей высказал «радость и удовлетворение» по поводу успешного завершения Собора. Новоизбранный глава украинской церкви первым делом связался с Вселенским патриархом, чтобы выказать почтение и получить благословение на служение. В свою очередь, патриарх Варфоломей пригласил митрополита Киевского на Фанар, чтобы передать ему Томос об автокефалии и поприветствовать новую церковь-сестру.

Повторюсь: никаких сюрпризов. Представителей УПЦ МП на соборе было исчезающе мало – по разным данным от двух (митрополит Винницкий Симеон и митрополит Переяслав-Хмельницкий Александр) до «нескольких». Голосов, правда, от УПЦ МП было значительно больше, что заставляет заподозрить использование пресловутых доверенностей. Надо отдать должное руководству УПЦ МП: они сделали все, чтобы помешать своим владыкам поучаствовать в Соборе. В ход пошли даже детективные сюжеты о владыках, которых хватают матерые СБУ-шники, запихивают силой в машину и везут в Киев участвовать в Соборе. После такого они, пожалуй, и правда не могли появиться в зале. Тех же двоих, которые не побоялись «показать личико», уже назвали иудами. Из «списка живых» для УПЦ МП они вычеркнуты – нет больше таких епископов в этой церкви. В общем, на войне, как на войне. УПЦ МП, которая так долго претендовала на роль главного миротворца в Украине, все же сорвалась и, в свою очередь, «показала личико». Борьба за мир – за русский мир – будет решительной и бескомпромиссной.

Излишнее рвение всегда граничит с глупостью: если бы владыки УПЦ МП массово приняли участие в Соборе, они смогли бы перехватить инициативу и контроль над созданием ПЦУ.

Но у московского начальства как раз обострение хватательно-держательного рефлекса — им нужен не контроль, не сателлиты, не геополитический расчет. Им нужны куски территории, владение и покорность. Им нужен раскол в Украине, видимый и ужасный — этакий духовный Донбасс, а не тонкая игра закулисных кукловодов. В Украине в данный момент они достигают внутренних целей — запугивают своих чужими майданами. О внешней политике как искусстве возможного в Кремле, кажется, уже забыли.

Но правила игры известны: кто не пришел на матч — тот проиграл. И хотя это правило старо, как мир, в России почему-то этот проигрыш восприняли тяжелее, чем следовало. Отчего-то там до конца думали, что «обойдется». Что у нас отчего-то не получится — не поделим кресла, переругаемся за места в президиуме, плюнем в бороды грекам и они оскорбленно удалятся, в общем, сами сделаем то, что так и не сумели сделать московские товарищи. Не то, чтобы мы не подавали повода так о нас думать. Но нельзя же так сильно полагаться на чужую ошибку.

В России нами недовольны. Раздражены даже. Причем не только записные противники автокефалии. Но и те, кто нашей борьбе как будто симпатизировал, оказались разочарованы: с их точки зрения мы не так встали, не то спели, не то с трибуны говорили. И церковь создали какую-то не такую. Никто еще не знает, на самом деле, какую церковь мы создали, еще даже финальная редакция устава не опубликована — но с высоты положения московских комментаторов уже видно, что нет, не такая у нас церковь вышла.

Не стоит обижаться — им, как и нам, еще только придется научиться с этим жить и находить утешение и опору в себе, а не в чужих проектах. Российские церковные либералы сейчас будут переживать ту же эволюцию, какую пережили просто российские либералы. Которые приветствовали Майдан, а потом страшно разочаровались — вот ведь, и коррупцию мы тут не побороли, и национализм у нас, и артистов их любимых видеть не хотим, а артист ведь птичка Божья, как можно его осуждать за политические взгляды? В общем, мы оказались не такими, какими они хотели нас видеть, и разочаровались. Наша церковь тоже окажется не такой, как хочется ее видеть российским православным либералам. Не такой, какую они намечтали для себя, но так и не смогли у себя создать. И они тоже разочаруются. Уже разочаровались. Даже те, кто не поддержал Крымнаш, не смогут легко и быстро смириться с тем, что Киев — не их.

Создание ПЦУ придало этому разрыву завершенный вид. И то, что в Соборе наотрез отказались участвовать представители УПЦ МП, добавляет ясности.

Президент Порошенко, конечно, сильно перегнул палку, представив создание ПЦУ только в контексте своего примитивного предвыборного лозунга «Прочь от Москвы» – церковь невозможно создать на фундаменте отрицания, на противопоставлении другой церкви. Но доля правды в этом есть.

При том раскладе сил, который в результате сложился на Соборе, партия УПЦ КП была почти беспроигрышной. Впрочем, УПЦ КП сама дала трещину – епископы выступили не единым фронтом за единого кандидата, как того хотело руководство церкви. Две партии УПЦ КП выдвинули двух разных кандидатов, и ко второму туру оказалось, что кандидатура, выставленная патриархом Филаретом, вовсе не такая беспроигрышная, как ему казалось. В результате, если верить источникам, патриарх Филарет прибег к шантажу: он заявил, что покинет собор вместе с большинством своих епископов, если выйдет «не по его». Этого, в свою очередь, не мог допустить президент – все равно, что споткнуться и ткнуться носом в тартар перед самой финишной чертой. Источники утверждают, что он лично убедил «альтернативного» кандидата – митрополита Луцкого Михаила Зинкевича – снять свою кандидатуру со второго тура.

От неожиданностей не застрахован никто, даже патриарх. Но политика остается искусством возможного: президент спас Собор и сделал митрополита Киевского Епифания своим должником. Выглядит, на первый взгляд, не очень привлекательно – прямое вмешательство светской власти в церковные дела. Что ж, любая кухня не выглядит привлекательно, важно – какие блюда с нее попадают на стол. Создание ПЦУ – в интересах Украины, а потому президенту не зазорно спасать этот проект всеми силами. Зато в новой украинской церкви вырисовывается сразу целый букет разнонаправленных силовых векторов: руководитель ПЦУ будет вынужден оглядываться на президента, учитывать позицию той партии, которая едва не провалила его на выборах, не говоря уже о Вселенском патриархе, который остается для украинской церкви арбитром и старшим советником. В общем, в новой украинской церкви для авторитаризма – такого, какой практиковался в УПЦ КП лидером, воспитавшим нынешнего митрополита Киевского, – нет никаких оснований. А это хорошая новость.

Президент, впрочем, все же подпортил церковную картинку – он так нервничал, что ему то и дело изменяли вкус и такт. Я не разделяю позиции критиков, считающих, что президенту не место в президиуме Собора. Почему бы нет? Он сделал для созыва этого собора побольше других, и само его присутствие многих удерживало от необдуманных слов и поступков. Но попытка сделать себя гвоздем программы была совершенно бестактной.

Представление президентом новоизбранного митрополита Киевского с ремаркой «именно ему выпала почетная миссия поехать вместе с украинским президентом в Константинополь» претендует на «шнобеля». Но до политеса ли, когда выборы – на носу, а рейтинг – значительно ниже носа?

Так же дурно выглядит идея сделать собор максимально закрытым – ни одного «случайного» человека внутри, только делегаты без средств связи и возможности сообщения с внешним миром. Для конклава в Католической церкви это обычная процедура – но они только папу избирают, а не создают своим междусобойчиком церковь, которая, по идее, должна охватить весь украинский народ. Исходящая от Администрации президента инициатива засекретить все, что только можно, касательно единой поместной церкви, Томоса, переговоров с Фанаром, с самого начала придавала этой истории привкус спецоперации. Возможно, это сделало процесс переговоров более эффективным. Но это же посеяло немало сомнений в умах и оттолкнуло от украинского церковного проекта тех потенциальных союзников, которые просто не склонны доверять спецоперациям.

Вполне логично, что в результате полной закрытости процесса подготовки и проведения Собора главное кадровое решение, принятое на нем, оказалось чисто корпоративным: интерес патриарха Филарета помноженный на интерес президента Порошенко – и в победители выходит владыка, известный публике главным образом, как «преемник Филарета».

Впрочем, победителей не судят. Важно не то, что операция «Преемник» удалась, и даже не то, что на Фанаре с этим согласились. Главным результатом для Украины является не личность предстоятеля – о которой пока судить рано и особо не из чего – а то, что ПЦУ все-таки была создана и готовится получить автокефалию.

В этом контексте ПЦУ и ее предстоятель митрополит Епифаний гармонично дополняют друг друга: им обоим еще только предстоит раскрыть свой потенциал, проявить себя, возможно, удивить всех. А пока все, что у нас с ними связано – надежда. Никакого отягощенного прошлого – только будущее.

Можно пожалеть, что церковному руководству с обеих сторон не хватило сдержанности и доброй воли, что ряду епископов УПЦ МП не хватило смелости, что государственному руководству не хватило мудрости и чувства такта – но никто не совершенен, и не каждый день создаются церкви, чтобы можно было потренироваться и учесть все ошибки.

Событие, случившееся у нас на глазах, в полной мере историческое. К этому слову в данном контексте стоит отнестись серьезно, несмотря на то, что слово это исшаркано до непригодности политическими популистами. Это событие – не магический трюк, не козырный туз, вовремя выброшенный из рукава, не звездочка с неба, которую нам достал конкретный имярек. Оно продиктовано логикой всех предыдущих событий, и очень давних, и буквально вчерашних. Но это также означает, что оно окажет огромное влияние на то, каким станет будущее. Что все причастные берут на себя огромную ответственность за то, что произойдет с нами дальше.

Наш «хэппи энд» – только пропуск к будущим свершениям, испытаниям, ошибкам и победам. Все самое интересное впереди. После Томоса.


Екатерина Щеткина / Деловая столица
Поделитесь.





Новости партнеров