вторник, 13 ноября 2018 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

Александр Гольц: О чем и как лгали Трамп с Путиным В ходе российско-американского саммита в Хельсинки взаимное лицемерие его участников достигло циклопических размеров

Остряк, написавший, что самая хорошая новость с российско-американского саммита в Хельсинки – отсутствие сенсационных новостей, прав только отчасти. Да, Дональд Трамп, вопреки паническим предположениям западноевропейских союзников, не признал Крым российским (хоть и пугал партнеров такой возможностью на встрече «семерки») и не заявил о сокращении американского военного присутствия в Старом Свете. А Путин стерпел, что Трамп прибыл на двадцать минут позже его. Опоздавшего, как водится, на полчаса. И даже подарил американскому президенту мячик с ЧМ. По окончании встречи президент США заявил, что отношения двух стран стали куда лучше. Чем были четыре часа назад.

Однако прошедшие в столице Финляндии переговоры явили городу и миру нечто принципиально новое в дипломатии России и США. Хоть неискренность является, увы, обязательным элементом межгосударственных отношений, в ходе российско-американского саммита взаимное лицемерие достигло циклопических размеров. И, в силу этого, было практически узаконено. Фраза Владимира Путина: «…никому нельзя верить. С чего вы взяли, что Президент Трамп мне доверяет, а я ему в полной степени доверяю? Он защищает интересы США. Я защищаю интересы РФ», — обречена войти в учебники. Ложь столь естественна для обоих участников саммита, что они вовсе не стараются быть убедительными. Задумаемся: лидеры держав, обладающих 90% всего ядерного оружия планеты, даже не стремятся к тому, что б им хоть кто-нибудь поверил.

Ярче всего это проявилось при обсуждении самой острой темы двусторонних отношений – обвинений во вмешательстве России в президентские выборы США. В минувшую пятницу правоохранительные органы США предъявили конкретные обвинения во взломе компьютеров Демократической партии и последующем распространении полученной информации 12 офицерам ГРУ. Пожалуй, впервые американские спецслужбы решили продемонстрировать свои возможности. Названы не только имена, но звания и должности обвиняемых, а также номера воинских частей, причастных к этой подрывной операции. Детально, с указанием дат и времени, описана и сама преступная деятельность офицеров-хакеров. До этого и АНБ, и ЦРУ воздерживались от таких шагов, опасаясь дать потенциальному противнику слишком много информации о своих технических возможностях и, главное, о своих источниках информации. Однако сейчас, видимо, возникла острая необходимость залепить звонкую пощечину российским «контр партнерам»: с этой точки зрения, рассуждения президентов о радужных перспективах сотрудничества в сфере кибербезопасности и борьбы с терроризмом выглядят особенно реалистичными.

На этот демарш Путин твердо отвечает: российское государство никак не вмешивалось. Правда, оговаривается, что к Трампу могут испытывать симпатию отдельные граждане, на индивидуальной, так сказать, основе. А потом пускается в долгие объяснения, что взлом компьютеров Демократической партии пошел только на пользу Америке, простые американцы узнали правду о недостойных манипуляциях. И завершает все это чрезвычайно ловким на чей-то взгляд ходом: предлагает спецпрокурору Бобу Мюллеру написать запрос в российскую прокуратуру. А уж там беспристрастные, никак не ангажированные отечественные прокуроры со всей дотошностью допросят обвиняемых военных разведчиков и, может быть, даже разрешат американцам на этих допросах поприсутствовать. С точки зрения формальной логики такая защита напоминает старый анекдот: не выиграл, а проиграл, не в шахматы, а в преферанс, и не миллион, а 20 копеек. Если до сего момента у кого-нибудь были хоть малейшие сомнения относительно российского вмешательства в американские выборы, то путинские объяснения их, конечно, развеяли.

Трамп же чрезвычайно путано принялся доказывать нечто совершенно иное – не отсутствие российского вмешательства, а отсутствие сговора между членами своего штаба и «представителями российского государства». Когда журналисты прямо спрашивают, кому он верит — своей разведке или Владимиру Путину, американский президент рожает нечто достойное бухгалтера Берлаги: «Я верю и той, и другой стороне… Я доверяю своей разведке, но хочу сказать, что президент Путин достойно отрицал сегодня. Он сделал прекрасное предложение. Он говорил, что люди, которые работают над делом, должны работать с их следователями по поводу этих 12 подозреваемых».

В других вопросах лицемерия также было более чем достаточно. Возьмем хотя бы Сирию, по которой сторонам удалось сблизить позиции больше, чем по другим темам. Путин абсолютно серьезно утверждает: «Для результативного сотрудничества по сирийскому сюжету у нас есть все необходимые слагаемые. Упомяну, что российские и американские военные приобрели полезный опыт взаимодействия и координации, наладили оперативные каналы связи, что позволило не допустить опасных инцидентов и непредсказуемого столкновения на поле боя, в воздухе и на земле». И это после того, как в феврале американская авиация несколько часов утюжила батальон, куда входили бойцы «группы Вагнера», в результате чего погибли то ли десятки, то ли сотни российских граждан! И после того, как спустя два месяца начальник российского Генштаба Валерий Герасимов фактически пригрозил сбивать американские корабли и самолеты, если те будут угрожать российским военнослужащим в Сирии.

Не менее замечательной выглядит идея создания рабочей группы из 500 капитанов российского и американского бизнеса для обсуждения перспектив экономического сотрудничества. И это при том, что тема санкций, похоже, совсем не затрагивалась. Получается, американцы будут заседать с российскими коллегами, которых грозит разорить американское же правительство.

Если искать в прошедшем саммите хоть что-то позитивное, то это – обещание вернуться к вопросам стратегической стабильности. Обсудить, в частности, перспективы продления действующего Договора СНВ, попробовать устранить взаимные претензии по выполнению Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности, обсудить перспективы обеспечения режима нераспространения ядерного оружия. То есть, фактически вернуться к повестке мирного сосуществования, по сути — повестке новой «холодной войны». Это, как минимум, внушает надежду, что стороны не спалят друг друга при следующем кризисе: кризисе, который вполне вероятен, учитывая нулевой уровень взаимного доверия.

Таким образом Трамп не выполнил собственных обещаний сурово, глядя в глаза, поговорить с Путиным. Впрочем, не сбылись и наихудшие предположения, что российский президент «уболтает» американского коллегу на подписание какого-нибудь секретного пакта. Ведь Путин, правда, не друг и не враг Трампа. Да и не соперник даже. Они существуют в параллельных мирах. Трамп сконцентрирован на получении преимуществ над всеми странами, прежде всего – Китаем и ЕС в сфере торговли. Россия здесь не играет никакой роли. К тому же Белый дом находится в центре беспощадной внутриполитической борьбы. Трамп не рискует предъявлять Путину претензии во вмешательстве в выборы. Ведь косвенным образом это подрывает легитимность самого Трампа. Что до Путина, то он занят усилением режима собственной власти и связанной с этим «геополитикой»: попытками превратить постсоветское пространство в некую «зону особых интересов России». Все это нынешнему хозяину Белого дома малоинтересно. Как, впрочем, и Сирия, откуда он собирается вывести войска. Единственное, где, на его взгляд, противоречия реальны, так это вокруг «Северного потока-2», проекта по транспортировке российского газа на северо-запад Европы. Ведь Трамп намерен экспортировать американский сжиженный газ в тот же регион. Но вот здесь-то Кремль готов проявлять максимальную гибкость. Путин намекнул на возможность регулирования газового рынка. Хорошо информированный главный редактор «Эха Москвы» Алексей Венедиктов заметил, что речь может идти о своего рода «газовой Ялте». Вот этот язык Трампу предельно понятен. И лицемерить нет никакой нужды.

Александр Гольц / ej.ru
Поделитесь.




Новости партнеров



Оставьте комментарий

18 − четырнадцать =