воскресенье, 19 сентября 2021 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

Пустой номер: Зачем Украина согласилась играть в молдавскую рулетку Не тень ли похищенного судьи Чауса с приднестровским автомобильным номером в зубах замаячила на молдо-украинской границе?

Вопрос о том, будут или не будут с 1 сентября пропускать в Украину автомобили с приднестровскими номерами, будоражит непризнанное Приднестровье, остальную Молдову и прилегающие области Украины. Что же происходит?

Предыстория

С 1 сентября 2018 года, после почти годичных согласований с приднестровскими властями, Молдова начала выдачу на территории непризнанной ПМР т.н. «нейтральных» номеров. Стоимость операции составляла поначалу около $30 (сейчас, кажется, дороже).

Суть ее была в том, что, не снимая машину с приднестровского учета и не ставя на молдавский, приднестровские автовладельцы получали некие «нейтральные» номера – не молдавские, не приднестровские, а третьи. Отличие их от приднестровских состояло в отсутствии приднестровского флажка и в том, что буквы на них были строго латинскими. На приднестровских номерах буквы исключительно нейтральные, их можно толковать и как латинские, и как кириллические.

Такие третьи номера вводились и в молдавскую, и в приднестровскую базы учета, но на молдавском учете машина все равно не числилась.

В качестве бонуса тем, кто расставался с тридцатью долларами, были обещаны поездки по всей Европе. Что выглядело странно, поскольку и на приднестровских номерах по Европе можно было ездить. Некоторые сложности возникали только на границе с Румынией, которая, якобы, вообще не пропускала автомобили с приднестровской регистрацией. Но на практике, если вы могли поддержать на румынском языке хотя бы простой разговор с пограничниками, имели страховку на машину, не были обвешаны георгиевскими ленточками, не кричали громко «Мы вам, румынам сейчас покажем кузькину мать!» и «Вперед, на Бухарест!», не лузгали семечки, заплевывая все вокруг, и не везли с собой медведя в лаптях и кокошнике, играющего на балалайке при прохождении таможни, — словом, не обладали типичными признаками русской диаспоры, то преодоление границы с Румынией и на приднестровских номерах было возможно. В самом крайнем случае, если без провоза медведя с балалайкой было не обойтись, въехать в Румынию можно было через Украину. Это, правда, означало приличный крюк в сторону от Ясс, куда, в основном, и ездили жители Молдовы, включая Приднестровье, затариться бытовой техникой по низким ценам — но содержание русского медведя вообще недешевое удовольствие. В остальных европейских странах приднестровские номера, при наличии страховки, прав, трезвого водителя и отсутствии машины в базе угона не вызывали проблем.

Но, поскольку, не все приднестровцы были достаточно продвинуты в путешествиях по Европе, афера с номерами сработала, и народ понес деньги. Тут же выяснилось, что Молдова не заготовила достаточное количество номеров, а два пункта их выдачи, в Тирасполе и в Рыбнице, не способны быстро проводить требуемый ритуал перенумерации. И очередь растянулась сначала на месяцы, а потом и на годы.

Нет смысла говорить, что эта мера никак не коснулась руководства ПМР, располагавшего обширным автопарком на молдавских, российских и украинских номерах, а также комплектами паспортов многих стран, включая страны ЕС.

К тому же у владельцев «нейтрализованных» автомобилей стали возникать проблемы в ПМР: страховка, техосмотр, общий фон отношений с автоинспекцией. Затем между Кишиневом и Тирасполем пробежала очередная черная кошка, потом случилась пандемия, и работа пунктов выдачи нейтральных номеров стала то приостанавливаться, то возобновляться. Вынести эти пункты в Молдову не было возможности, поскольку выдача нейтральных номеров носила характер договорняка между Тирасполем и Кишиневом. Новые номера вносились в приднестровскую базу, а старые – сдавались приднестровцам.

В целом, вся затея оказалась нежизнеспособной и стала потихоньку загибаться.

С точки зрения закона

А были ли законные основания для передвижения по всей Европе на приднестровских номерах?

Были и есть. Они основаны на двух документах: Конвенции, отменяющей требование легализации иностранных официальных документов, 1961 года, размещенной на сайте Гаагской конференции по международному частному праву, которую подписали и Украина (в 2002 году), и Молдова, и, к слову, Румыния – если уж мы говорили о проезде в Румынию на приднестровских номерах, а также аналогичной по смыслу Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 22 января 1993, которую подписали все страны СНГ, включая «наблюдавшую» Украину и Молдову.

В последней, в частности, сказано: «Документы, которые на территории одной из Договаривающихся Сторон рассматриваются как официальные документы, пользуются на территориях других Договаривающихся Сторон доказательной силой официальных документов». Аналогичное положение закреплено и в первом документе.

И если Молдова разрешает движение транспорта на приднестровских номерах по своей территории, признавая тем самым также приднестровские техпаспорта и водительские права, то все получается вполне законно.

Правда, в 2007 году Молдова запустила в Украину дурочку в виде ноты № 11140 Министерства иностранных дел и европейской интеграции (МИДЕИ), согласно которой документы о регистрацию транспортных средств, оформленные в Приднестровском регионе Республики Молдова, не имеют юридической силы, но временно допущены к использованию исключительно на территории Республики Молдова.

Такая нота, допускающая двойное толкование, была сознательной провокацией Кишинева — попыткой придавить Приднестровье руками Украины, оставаясь при этом в стороне. Но украинская сторона истолковала тогда все правильно, строго по букве закона, поскольку нота МИДЕИ стоит по приоритету ниже двух международных документов. А эти документы не предусматривают никаких исключений и третьих вариантов, а просто признают все, что признает страна, источником происхождения которой они являются. Приднестровье же, согласно международным нормам – часть Молдовы. Что там мутит-крутит Молдова в отношениях со своими сепаратистами – ее внутреннее дело. А для остального мира документы из Молдовы оцениваются по двоичной логике: «да-нет». Признает их Молдова – значит, да. А как она их признает – постоянно, временно, с удовольствием или без оного – не имеет значения, с этим пускай Молдова разбирается сама.

И Украина продолжила законно пропускать на свою территорию автомобили с приднестровскими номерами. Законные же инициативы по отмене этой практики могут исходить только от Молдовы, и только в форме непризнания Молдовой приднестровских прав, номеров и техпаспортов на своей территории. Потому что Лекс, знаете ли, он не дура. А, напротив, dura Lex, sed Lex.

Молдавские наперсточники

Здесь надо отметить, что с 2007 по 2021 год в Молдове сменилось несколько генераций властей. В 2007 году у руля были коммунисты во главе с Ворониным. Сейчас – «проевропейская» команда Майи Санду, сменившая социалистов Додона. Между Ворониным и Додоном было еще несколько команд. Но отношения Молдовы с Приднестровьем за все это время нисколько не изменились. Они стояли и стоят на прочной основе общего бизнеса. При каждой смене власти в Кишиневе новая молдавская власть охотно занимает места в старых схемах откатов из Тирасполя, отработанных и запущенных еще при Воронине.

Трения возникают только по поводу дележа доходов от приднестровской серой зоны, в которой можно творить любое доходное непотребство – но и в этом случае руководство ПМР никогда не подвергалось прямому давлению. Все конфликты решались на подковерных переговорах, в то время как в Кишиневе, изображая бурную «борьбу за реинтеграцию», оттягивались на рядовых приднестровцах. История с номерами не стала исключением.

К 2020 выдача номеров окончательно заглохла. И тогда Молдова на некоторое время перестала выпускать машины с приднестровскими номерами в Украину (те, кто регулярно ездил в Румынию, получили номера в числе первых, но их, сравнительно с теми, кто постоянно ездит в Украину из в ПМР, немного). Еще раз: Молдова перестала выпускать в начале 2020 года приднестровские автомобили, никак не оформляя это законным образом. А потом отменила свой запрет. А Украина, руководствуясь законом, въезд на приднестровских номерах никогда не закрывала.

Впрочем, абсурдность молдавского полупризнания ПМР все равно аукается в Украине. Так, для растаможки машины из Приднестровского региона Молдовы, законно ввезенной в Украину, украинская таможня требует справку о снятии ее с учета в Молдове. Требует, признавая, что машина на приднестровских номерах на учете в Молдове не стоит, а справка о снятии с приднестровского учета не имеет законной силы, поскольку ее не признает Молдова. Тут даже Кафка, на пару с Гашеком, знавшие толк в бюрократическом идиотизме, с завистью глядят с того света на креативных украинских таможенников.

Итак, запрет на выезд и въезд автомобилей на приднестровских номерах регулируется исключительно Молдовой и только одним законным способом: признанием или непризнанием приднестровских номеров и техпаспортов внутри Молдовы. Есть вспомогательный способ, не вполне законный, но при желании его можно и узаконить: не пропускать такие автомобили через молдавскую границу на украинскую сторону. Но, если молдавские пограничники и таможенники автомобиль с приднестровскими номерами все-таки пропустили, у их украинских коллег нет законных оснований препятствовать ему на въезде в Украину. И, поскольку основания для его пропуска закреплены международным законодательством, даже внутренний украинский закон о недопуске в Украину автомобилей с номерами ПМР принять сложно. Иной вопрос, что на закон можно просто положить то, чем в 95 квартале обычно играют на рояле.

Теперь внимание, следим за руками. Молдова, после серии последовательных отсрочек, приняла решение закрыть выезд автомобилей с номерами ПМР с 1 сентября текущего года. Затем в Кишиневе побывал Дмитрий Козак, которому Майя Санду пообещала «не прибегать к блокаде Приднестровья» и «решать проблему только законными способами».

Несколько ранее между Молдовой и Украиной возникла неприятная размолвка в связи с похищением судьи Чауса из Молдовы в Украину.

Затем, уже после визита Козака, два президента, Владимир Зеленский и Майя Санду, дважды пообщались с интервалом в три дня, в Киеве и Кишиневе, в связи с празднованием двух Дней независимости.

А дальше начались чудеса. Внезапно выяснилось, что это не Молдова, а Украина хочет запретить въезд автомобилей на приднестровских номерах. А Молдова, напротив, просила Украину отсрочить запрет до 1 сентября, а теперь просит о новой отсрочке – до 10 января 2022.

Точнее, в ноте №UKR/220.1/1196 посольства Молдовы в Украине от 25.08.2021, дополняющей вербальную ноту №UKR/220.1/119 от 28.01.2021 ничего об украинской инициативе не говорится. Нота лишь содержит просьбу о переносе согласованных сроков. Хотя, повторяю, по закону вся инициатива находится в руках Молдовы, и ей, в принципе, нет даже нужды согласовывать запрет с Украиной. Но хорошо – есть приграничные связи, запрет ударит по многим людям, согласовали дату, чтобы максимально широко проинформировать всех, кого он коснется. Затем эту дату перенесли, о чем вежливо сообщили МИД Украины для нового информирования и согласования. Пусть так. Но даже в этом случае у Украины нет законных оснований отказывать Молдове в такой просьбе. И на сайте Одесской таможни появилось сообщение о том, что никаких ограничений с первого сентября украинская сторона вводить не будет. И это было нормально.

А затем пост удалили, и сообщили, что он был размещен ошибочно. И подтвердили украинский запрет.

И немедленно появились комментарии о том, что такой запрет, бьющий по рядовым жителям Приднестровья, и не затрагивающий сепаратистское руководство – идиотический, что совершенно верно. Но этот идиотизм стали вешать на Украину, а Молдова оказалась ни причем: мол, мы же просили, да, вот, Киев уперся.

И возникает вопрос: а Киев точно уперся? Или налицо дезинформация? Потому что официальных реакций пока нет. И то, что этих реакций нет, наводит на мысль, что Украина решила подыграть Молдове не слишком это афишируя.

Но никаких законных оснований для этого, у Украины, повторяю, нет. Возможное объяснение такому оманству — это желание ОП замазать скандал с Чаусом, откупившись от Молдовы за одну незаконную выходку – другой, еще более незаконной.

Почему еще более незаконной? Да потому, что она затронет уже десятки тысяч людей. Включая, кстати, и постоянно живущих в ПМР граждан Украины, которых там порядка 50 тысяч, а не одного только беглого судью. В случае с Чаусом даже о создании прецедента Украиной говорить смешно: похищения людей в Молдове — рутинная практика, их там не воруют только безрукий да ленивый.

Есть десятки случаев, когда спецслужбы ПМР, нередко при содействии неких лиц, одетых в форму молдавской полиции и с документами молдавских полицейских, вывозили людей в Приднестровье, где они исчезали в местных тюрьмах.

Конечно, ввязавшись в похищение Чауса, украинская сторона поставила себя на один уровень с бандитским режимом в Тирасполе. Желание замазать это глупый прокол вполне объяснимо. А прокол вышел крайне глупый. Но разменять его еще более грубые действия, покрывая грязные игры Кишинева и Тирасполя, — значит лишь усугубить и без того неприятную для Украины ситуацию.

Между тем, игры между Кишиневом, Москвой и Тирасполем, завязанные на общий криминальный бизнес в Приднестровье — крайне грязные. Желание Майи Санду заставить Киев выполнить за Кишинев неприятную работу понятно, но зачем Украине ввязываться в это, нарушая сразу две международных конвенции? Сам факт их нарушения ударит по престижу страны.

Здесь надо сказать, что и вся история с молдавскими «нейтральными номерами» в целом – крайне сомнительная. Сейчас перерегистрировать в Молдове машину с приднестровских номеров на молдавские можно только в теории, но нереально на практике, поскольку это обставлено множеством запретов и ограничений. Казалось бы — вот решение: дать своим гражданам, вынуждено живущим в ПМР, вне зоны контроля законных властей Молдовы, с минимумом формальностей и затрат перейти с приднестровских номеров на молдавские, если их машина не проходит по базам угона. Вместо этого чиновники в Молдове изобрели очередную схему развода ради собственного обогащения. Причем, вынимая деньги из карманов жителей Приднестровья, Кишинев нисколько не утесняет этим верхушку ПМР.

Зачем Украине участвовать в таких играх? Помимо прямых имиджевых потерь в глазах собственных граждан, живущих в ПМР, и их родни на украинской стороне границы, это даст лишние козыри российским пропагандистам. А ситуация в Одесской области и без того сложная, там сильное российское влияние. Запрет на передвижение приднестровских автомобилей, исходящий от Украины, только усилит позиции потенциальных сепаратистов. Не слишком ли дорогой окажется цена вывода из-под удара инициаторов похищения Чауса?


Наша Рада
Поделитесь.





Новости партнеров