вторник, 26 мая 2020 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

Вирусная корона Российской империи: Превратит ли пандемия Россию в конфедерацию Москва уже не в силах дать регионам ничего, кроме директив, и Путина начинает теснить множество мелких Сталиных, ведущих борьбу за доступные им ресурсы

Как сообщил пресс-секретарь Путина, Дмитрий Песков, престарелый диктатор не укрывается от коронавируса в Сибири, на Валдае или в секретном бункере, а находится в подмосковной резиденции Ново-Огарево, где и живет, и работает, поскольку ситуация требует от него «очень активной вовлеченности в работу всей государственной машины».

Указующий Путин

И точно, суток не прошло после заявления Пескова, как государственная машина, заскрипев, выдала очередную порцию директив. В ходе совещания по ситуации с паводками и пожарами в субъектах РФ Путин констатировал, что начало весенне-летнего периода «объективно повысило риски сезонных природных бедствий: пожаров и паводков», особенно на территории Дальневосточного и Сибирского федеральных округов, подчеркнув, что «на фоне борьбы с коронавирусной инфекцией» нужно помнить ещё и об этом. Такое заявление интересно сочетается с тем, что в связи с эпидемией коронавируса Путин объявил не карантин или чрезвычайное положение, а выходные дни. Вопрос был чисто экономическим: в условиях карантина и ЧП российскому государству пришлось бы выплатить компенсации пострадавшим, а не просто пожелать им всем приятных выходных.

Не забыта Путиным и внешняя политика. Используя пандемию, Россия стала укреплять свой имидж в Италии, видя в ней слабое звено ЕС, а заодно под видом помощи насыщать Европу военными вирусологами, пропагандистами и шпионами. И, надо признать, достигла в этом некоторых успехов. Значительное число итальянцев уверились, что «Путин им помогает», и стали относиться к России более позитивно, чем раньше, хотя реальной пользы от пафосной «гуманитарной помощи» им не было никакой. Зато в Чехии, в отместку за демонтаж памятника Ивану Коневу в Праге, российские хакеры атаковали больницы, дестабилизировав их работу в разгар эпидемии.

Не забывают в Кремле и о материальной стороне дела, сочетая пиар на «гуманитарной помощи» с получением оплаты за неё. Примером такого подхода стала история с «гуманитарной» якобы помощью США. Китайский бизнесмен, основатель корпорации Alibaba Джек Ма, активно помогающий сейчас всему миру, прислал в Москву в подарок 1 млн масок и 200 тыс. тест-систем. Спустя несколько дней Россия отправила его подарок в США и тоже якобы с благотворительными целями — так, во всяком случае, заявил Дмитрий Песков. Но вскоре Госдепартамент США выступил с заявлением о том, что поставка была оплачена американской стороной.

«Правительство на другой планете живет, родной!»

На фоне успехов федерального центра в России активизируются и власти на местах. Так, глава Тувы Шолбан Кара-оол на днях запретит авиасообщение между Москвой и Кызылом, поскольку из Москвы прилетают люди, зараженные вирусом, и попросил всех правильно понять это решение.

«Конечно, мне бы хотелось, чтобы мои земляки имели доступ к своей родине. Но, к сожалению, я увидел, что вчерашний рейс ознаменовался большими скандалами, негодованием людей. Мы хотели, как лучше, но люди относятся к этому делу довольно болезненно. Придется запрещать этот рейс до лучших времен», — пояснил Кара-оол.

В этом заявлении, помимо желания отгородиться от Москвы, ставшей рассадником инфекции, ясно видно и стремление прикрыться «волей народа» — мол, я бы и рад не закрывать авиасообщение, но, вот, народ требует его закрыть. Что на первый взгляд выглядит странно, поскольку в глазах Кремля готовность считаться с мнением народа всегда была признаком слабости местной власти и быстро приводила её к замене федеральным центром. Но сейчас настают другие времена, когда Москва далеко, а народ — вот он, совсем близко. И для того, чтобы сохранить лицо в глазах той части народа, которая осталась недовольна запретом, лучше всего сослаться на мнение большинства.

Конечно, Тува — это окраина. А Чечня, которая тоже окраина и тоже изрядно уже самоизолировалась, жила по своим законам задолго до эпидемии. Но даже традиционно послушные центру регионы Центральной России начинают изолироваться в выходные дни, объявленные федеральным центром.

Так, в Нижегородской области, которая заняла по России четвертое место по числу заразившихся коронавирусом, выявив более 1,2 тыс. случаев, решили ограничить въезд в регион, пуская к себе только местных с пропиской и людей с экстренными рабочими пропусками. Об этом сообщил губернатор Глеб Никитин. Во Владимирской области все организации социального обслуживания переходят на закрытый круглосуточный режим со сменой работников раз в две недели. Указ подписал губернатор Владимир Сипягин. В Рязанской области утвержден порядок выдачи пропусков с QR-кодом для следования к месту работы и осуществления служебной деятельности, аналогичный московскому.  В Тамбовской области введен 14-дневный режим самоизоляции в домашних условиях для прибывающих из Москвы, Московской области и Санкт-Петербурга, «в отдельном помещении, позволяющем исключить контакты с членами семьи и другими лицами, не подвергнутыми изоляции» — непонятно, правда, что делать тем, у кого такого помещения нет. Но, во всяком случае, стремление отделиться от общего Конца Света, организовав свой собственный, уютный и домашний, безусловно, налицо.

В Ярославской области также вводят пропускной режим, о чем демократично сообщил в ФБ её губернатор Дмитрий Миронов. По его словам, в настоящее время власти занимаются тестированием системы, а также готовят правовую базу. Губернатор Московской области Андрей Воробьев объявил, что режим самоизоляции в регионе продлен до конца майских праздников. А вот в Липецкой области, напротив, смягчили режим, разрешив одиночные пробежки и прогулки семьей на расстоянии, не более 300 м от места проживания. Кроме того, возобновляют работу непродовольственные магазины, а также зоомагазины, химчистки, аптеки, продовольственные и детские магазины в больших торговых центрах. Разрешены и ярмарки, на которых реализуются продовольственные товары, саженцы, рассада, семена, живые животные и птица и корма для них.

Иными словами, местные власти все чаще принимают собственные решения, без оглядки на Москву и Кремль, возводя границы внутри России и устанавливая местные законы.

Структурная дезинтеграция

Но помимо областей есть и крупные города, более всех пострадавшие от режима изоляции. Кроме того, крупные города в наибольшей степени зависимы от федеральных связей.

И ещё, как известно, революции делаются в столицах. Именно конфликт между руководством СССР и РСФСР, развернувшийся в Москве, привел СССР к распаду. При этом Ельцин, выдергивая кресло из-под Горбачева, держал в уме сохранение СССР, сразу же начав курс на возврат отпущенных было регионов и республик под московскую властную руку.

Нечто подобное начинает раскручиваться и сегодня. Все ярче видны два центра принятия решений: Сергей Собянин во главе мэрии Москвы и Михаил Мишустин во главе Кабинета министров. Продолжая исторические аналогии, здесь можно вспомнить ещё один пример противостояния двух уровней власти в российской столице: Временное правительство во главе с Александром Керенским и Петроградский совет во главе с Львом Троцким.

Как видим, из двух случаев конфликта формального центра и с местной властью победа в России оба раза оставалась за местными.  Собянин в противостоянии с Мишустиным тоже выглядит фаворитом. Но такая передача власти оба предыдущих раза приводила к дезинтеграции России и её пересборке.

Сейчас Собянин выступает за продление карантина, что объективно усиливает его позиции, а Мишустин — за скорейшую его отмену ради спасения экономики, что укрепило бы позиции Кабмина. И, судя по тому, как развиваются события, лидирует карантинная модель, с довеском-Путиным, уровень доверия россиян к которому упал до минимума за последние 14 лет, — в роли Николая II, теряющего реальную власть, а следом за ней — и жизнь.

Позиции карантищиков укрепляет ещё и значительный градус паники, уже посеянной в обществе — не только, впрочем, российском, а также тот факт, что реальной информации о масштабах эпидемии в России в целом сегодня нет ни у кого, включая и Путина. Более или менее достоверно судить о достижении или недостижении эпидемического плато могут только главы регионов, Кабмин же вынужден действовать наугад, что ставит его в невыгодное положение.

Наконец, Собянин и его окружение разработали методы изоляции, которые сейчас применяются на региональном уровне по всей России: QR-коды, цифровые пропуска, вахтовый режим работы больниц. Это также усиливает собянинские позиции.

Интересно, как будет выглядеть Мишустин в женском платье, если ему доведется повторить судьбу Керенского? Конечно, история с Керенским, бежавшим в платье медсестры, выдумана, но выдумка эта из таких, популярность которых иной раз реализует их и в жизни.

Народ безмолвствует, бессмысленно и беспощадно

Конечно, любые протесты в России будут носить характер сугубо локальный. Но при прогрессирующем распаде федеральной власти они все равно смогут стать серьезной силой в регионах. Естественно, сила эта стихийная, лишенная мозга, но и готовые оседлать её авантюристы будут время от времени возникать на горизонте. Да и местные власти вынуждены сейчас оглядываться на мнение народа, стараясь соответствовать его ожиданиям. А те, кто не соответствует, получают проблемы, как это случилось с крайне непопулярным в Северной Осетии Вячеславом Битаровым, главой РСО-Алания, и по совместительству главным местным олигархом.

Когда Путин объявил месячные каникулы за счет россиян, и без того небогатая жизнь в Северной Осетии, где большинство населения с трудом выживает за счет мелко-среднего бизнеса, мгновенно скатилась на грань голода. При этом предприятия Битарова не только не остановились, но даже нарастили производство.

Протест сначала глухо зрел, а затем у него нашелся лидер, заслуженный артист Северной Осетии Вадим Чельдиев, живший аж в Петербурге и работавший солистом Мариинского театра. Чельдиев, кстати, — большой поклонник Сталина, в рамках обычных ватных мечтаний о справедливом обществе: никакой коррупции, вcе равны, украл — к стенке, особенно если ты чиновник. В нищем обществе, лишенном перспектив, — а РСО-Алания именно такова, подобные идеи всегда имеют много сторонников.

Так вот, когда Чельдиев, критиковавший режим изоляции, считая, что, коронавирус — выдумка, а власть «специально нагнетает обстановку, чтобы ограбить народ» (эти взгляды очень популярны именно в Санкт-Петербурге!), в одном из своих роликов призвал северных осетин выйти на улицу и смести антинародную власть, то они и вышли 20 апреля в количестве нескольких тысяч, что для Владикавказа было очень много. Правда, Чельдиева к тому времени уже арестовали в Петербурге за распространение недостоверных данных о коронавирусе, и протест прошел стихийно и вразнобой: одни требовали его освобождения, другие — отмены карантина, либо введения полноценного ЧП, с тем чтобы бизнес и работники получили компенсации, третьи выступали за отставку Битарова и его команды. Но и такой плохо организованный протест местная полиция и ОМОН разгонять отказались из очевидного чувства самосохранения: республика маленькая, народ горячий, все друг друга знают и могут потом зайти вечерком на огонек. Так что ОМОН пришлось завозить из других регионов, а в Надтеречный район Чечни, граничащий с Северной Осетией и Ингушетией, где тоже начались волнения, даже вводить армейские подразделения.

Протестующих во Владикавказе избили и разогнали, 60 человек арестовали, но ничего ещё не окончено. Во-первых, как гласит поговорка, штыки годятся для всего, только сидеть на них нельзя. А, во-вторых, в какой-то момент может не стать и штыков, которые разъедутся по домам, решать свои проблемы. Такое в России тоже уже было.

К штыкам мы ещё вернемся, а пока два слова о том, чего же народ в России всё-таки хочет?

Возвращение Сталина

А хочет народ твердой власти и сильной руки, и больше всего там, где царит наибольший бардак — то есть даже не в самой де-юре России, а в непризнанных и полупризнанных гадюшниках, которые Москва щедро наплодила в бывшем СССР, и которые к ней тяготеют. Эти устремления и проявляются в них всё более ярко.

Вот «президент» Южной Осетии Анатолий Бибилов, держа руку на пульсе народных чаяний, издал указ о переименовании Цхинвала снова в Сталинир, как он назывался в 1934-61 гг. А главарь «ДНР» Денис Пушилин подписал указ об использовании для Донецка названия «Сталино» «наряду с наименованием «город Донецк» при проведении республиканских и городских мероприятий, приуроченных к памятным датам в истории Донецкой Народной республики и города Донецка, связанным с Великой Отечественной войной». Наконец, и Луганск аналогичным образом частично переименовали в Ворошиловград.

Сытней жить в этих городах от этого не стало, но ватоцефальное большинство испытало удовлетворение, отвлекшись на время от своих насущных проблем. А поскольку запрос на возвращение Сталина в России огромен, этот опыт наверняка получит продолжение уже и в ней самой. Следующим на очереди, вероятно, будет Волгоград.

На пороге гражданской войны

Впрочем, немногочисленные вменяемые люди понимают, что эпидемия в России развивается по итальянскому сценарию, но с поправкой на условия страны третьего мира. И что самое разумное в такой ситуации — бежать со всех ног, лучше всего — из России, а в крайнем случае — из больших городов, продав всё, пока это возможно, и пытаясь выжить в провинции.

Медики, которые в сложившейся ситуации оказались в роли смертников, будут выходить из этой игры впереди всех, просто потому, что лучше других понимают её безнадежность и в целом, и для себя лично. Потому что будь ты хоть косметологом или психотерапевтом, а в коронавирусную больницу тебя, с медицинским дипломом, рано или поздно мобилизуют.

Первые ласточки, не дожидаясь такого исхода, уже побежали — и о дезертирстве медработников, в том числе и с коронавирусной вахты, заговорили в СМИ, хотя пока и очень глухо. Но это только начало.

Тех, кто не убежит —  выбьет коронавирус, пусть и не всех, но многих. Словом, через полгода — как раз к осени, к новой сезонной вспышке гриппа на которую ляжет следующая волна коронавируса, и к классическому сценарию октябрьского переворота лечить больных в России станет почти что некому. А по причине экономического краха и изоляции регионов друг от друга, ещё и нечем.

Любое скопление большого числа людей в условиях эпидемии опасно. Опаснее всего, конечно, в больнице, но что на втором месте? Правильно — казарма.

Правда, Минобороны публикует успокаивающие данные со ссылкой на «сплошное тестирование в ВС РФ в период с марта по 26 апреля», но, всем понятно, что «сплошное тестирование» проходит по ведомству «27 махов». И даже если поверить данным Минобороны, это всё равно только начало эпидемии, несколько задержавшееся в армии по причине её относительной изоляции от гражданских.

Иными словами, штыков для наведения порядка в какой-то момент у Кремля может просто не найтись: одни не захотят рисковать заразиться, выезжая неведомо куда, другие сочтут неприемлемым разгонять протесты там, где они живут. Армия вообще очень быстро видит слабость власти и начинает искать себе сильного и успешного хозяина, либо выдвигает его из своих рядов, так бывает всегда. А в тех условиях, которые сегодня сложились в России, регионализация армии —  её распад на части, жмущиеся к успешным главам регионов представляется вполне вероятным сценарием.

А там уже, поскольку между регионами неизбежно возникнут трения, недалеко и до гражданской войны. И на нее потянутся все отбросы, экспортированные Россией в Украину, Сирию, Ливию — и так далее, по всему миру. Кто-по приедет сам, а кто-то и в составе российских ЧВК, которые будут искать новых нанимателей. В любом случае Россия в стадии деструкции будет для солдат удачи куда привлекательнее, чем уже разграбленный и разоренный восток Украины.

Это неплохая новость для нас, но только в том случае, если мы сумеем не упасть в такой же хаос и распад, как наш северный сосед.  И вот в этом, к сожалению, нет ни малейшей уверенности.


Сергей Ильченко / Деловая столица
Поделитесь.





Новости партнеров