среда, 23 октября 2019 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

За ценой не постоим: Нужно ли Зеленскому спасать Путина от Гааги Играя вкороткую, руководство Украины будет вынуждено принимать решения в условиях все более нарастающего цейтнота – и сбрасывать все более дорогие козыри

Те, кому приходилось заводить механический будильник, наверное, знают, что скручивающий пружину ключик крутится только в одну сторону – назад не пускает храповый механизм. Так вот, ситуация с фактическим освобождением под честное слово по требованию Москвы сначала обвиненного в государственной измене руководителя украинского филиала «РИА-Новостей» Кирилла Вышинского, а теперь и Владимира Цемаха, экс-начальника ПВО Славянской бригады «ДНР» и участника операции по переброске в Украину и назад в РФ «Бука», сбившего лайнер МН17 над Снежным, — это такой же храповик для команды президента Зеленского. Причем она не просто попала в него волей обстоятельств, но и приложила немало усилий, чтобы обстоятельства эти сложились именно таким образом. В частности, устроив перманентный медийный хайп на теме «обмена ихних на наших».

С точки зрения политтехнологической здесь все верно: должным образом освещаемый возврат украинских граждан из российского плена — прекрасный способ укрепления президентского рейтинга, это вполне наглядно продемонстрировал еще Петр Порошенко, обменяв Надежду Савченко на двоих грушников. Правда, и она, и они были все-таки де-факто военнопленными, хотя де-юре ввиду гибридного характера развязанной РФ войны этого статуса, разумеется, не имели — собственно, потому и были осуждены.

В нынешних же обстоятельствах, об «обмене» речь может идти с той обязательной оговоркой, что меняют заложников — будь то Олег Сенцов или, скажем, моряки — на террористов. Причем, если слухи о том, что Цемах — это плата за Сенцова, меняют одного украинского гражданина на другого. Впрочем, на фоне всего остального это малозначительные детали.

А остальное таково. Во-первых, Киев не может сдать назад в случае затруднений в переговорах с Москвой. Москва же подобных неудобств не испытывает. Как минимум потому, что Кремль на международной арене неоднократно прибегал к тактике «динамо», ставя партнера перед дилеммой: либо угроза срыва переговоров, либо принятие дополнительных условий. В нашем случае первое для него чревато колоссальными имиджевыми потерями, второе — ухудшением позиции Украины в переговорном процессе.

И потом, даже если какие-то заложники Кремля оказываются на свободе, пул все еще достаточно велик, да и захватить новых — что на украинской территории, что на белорусской, к примеру — не составит труда. Что касается нас, то, помимо всего прочего, история с Цемахом, вследствие боевой операции захваченным на территории ДНР и доставленным в Киев только для того, чтобы быть отпущенным, является мощным деморализующим фактором как для вооруженных сил, так и для спецслужб.

Тем не менее, на Банковой, очевидно, решили, что игра стоит свеч. Но, во-вторых, здесь команда Зеленского совершает ту же стратегическую ошибку, что и Порошенко, уверовав в собственную непогрешимость и необязательность отчитываться перед обществом. Ведь иначе как позвоночным правом решение о «личном обязательстве» для Цемаха объяснить сложно. На нем, в конце концов, висит не только вероятное соучастие в теракте международного уровня, но и доказанное членство в террористической организации, действующей против Украины.

Очевидно, что процедурой — судом — пренебрегли ради скорейшего результата. Но это вылезет боком всем: такой прецедент — не только яркая иллюстрация вмешательства Офиса президента в работу судейского корпуса, но и фактический анонс того, что так будет происходить и дальше, если на Банковой сочтут это целесообразным. Что? Правовое государство? — Ну-ну.

В-третьих, показательно, что Цемаха отпустили через шесть дней после того, как главный прокурор Нидерландов Фред Вестербеке обратился к ГПУ с просьбой не выдавать его как ключевого фигуранта расследования трагедии МН17 России в рамках обмена и на следующий день после того, как просьбу эту повторили 40 депутатов Европарламента. Возможно, таким образом украинская сторона стремилась продемонстрировать самостоятельность и то, что в ее шкале приоритетов живые украинские граждане стоят выше мертвых голландских. Однако продемонстрировала глупость.

Ведь теперь все выглядит так, будто Украина препятствует отправлению правосудия. Причем независимо ни от причин, помешавших голландским следователям пообщаться с Цемахом в украинской тюрьме, ни от того, дал ли он какие-либо показания следователям украинским. Ценен, прежде всего, сам задокументированный факт его участия в операции и возможность доступа к нему.

И будь он хоть немым, теперь тролли, сторонники и просто деловые партнеры Кремля (не только среди чиновников королевства, а в Европе в целом) воспользуются случаем раскрутить в медийной плоскости тезис о незаинтересованности Киева в объективном расследовании (о том, что незаинтересованной может оказаться в силу политических соображений голландская Фемида, речь, разумеется, не пойдет). Примерно так же, к слову, как они раскрутили манипулятивный референдум об ассоциации Украины и ЕС. Учитывая двойственность позиции королевства (с одной стороны — поддержка санкций, с другой — растущий на 20% в год товарооборот с РФ), нам это популярности не добавит. Соответственно, оправданная тактически забота о спасении наших граждан, на стратегическом уровне чревата дальнейшим ослаблением поддержки Украины международным сообществом. Что в контексте последних движений президентов Макрона и Трампа выглядит более чем вероятным. К слову, судя по выступлению сенатора Криса Мерфи после встречи с Зеленским, можно предположить, что в Вашингтоне обмен рассматривают как один из этапов предстоящей «большой сделки».

В-четвертых, при таких обстоятельствах следующим пунктам программы могут стать прямые переговоры с руководителями «ЛДНР», со всеми этими пасечниками и пушилиными, что, таким образом, автоматически подтвердит кремлевскую тезис о «гражданском конфликте», к которому Москва «непричастна». А значит — снимайте, наконец, санкции и вернемся к business as usual ко всеобщему удовлетворению сторон.

Это, в-пятых, в принципе отменяет потребность в нормандском формате и открывает путь к прямому — без посредников-контроллеров — общению между Киевом и Москвой. Фактически это будет означать нашу капитуляцию, включая «компромиссный» отказ от Крыма. Документально, конечно — в виде очередного «большого договора». Гарантами которого — с теми же шансами на успех — вполне могут выступить подписанты Будапештского меморандума.

Вопрос, пойдет ли так далеко украинское руководство. Проблема в том, что, играя вкороткую и стремясь к эквилибриуму здесь и сейчас, оно будет вынуждено принимать решения в условиях все более нарастающего цейтнота — и сбрасывать все более дорогие козыри.

И, наконец. Отдавая Цемаха Москве, Киев оказывает Кремлю большую услугу. Плата же за нее может оказаться очень своеобразной. Существует риск, что «слишком много знавший» вскорости окажется мертв от рук неких «украинских радикалов», что позволит запустить новую информационную атаку на «фашистов и прочих ультраправых», отождествляющую активный патриотизм с преступлением и нежеланием завершать войну. Последнее, впрочем, может оказаться кстати для команды Зеленского.


Алексей Кафтан / Деловая столица
Поделитесь.





Новости партнеров