вторник, 17 сентября 2019 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

Приз из Люксембурга: Какие активы Украина сможет забрать у «Газпрома» «Газпром» успешно отбивался в судах от арестов своих активов. Но эта полоса везения закончилась

О некоторых важных событиях в корпоративном мире почему-то не говорят до тех пор, пока о них не становится известно из квартальных и прочих отчетов. Такой сюрприз преподнесла квартальная отчетность «Газпрома». Как оказалось, суд Люксембурга вынес решение о признании и приведении в исполнение арбитражного решения Стокгольмского арбитража на сумму $2,6 млрд в споре «Нафтогаза» с «Газпромом».

Победные $2,6 млрд

История тут довольно запутанная. «Нафтогаз» еще в феврале разослал в люксембургские банки уведомление об аресте любой задолженности и активов «Газпрома» в Люксембурге в рамках арбитражного решения по делу о транзите в Стокгольме. Но тогда российская компания об этом ничего не знала, так что только в апреле «Газпром» обратился в суд Люксембурга, чтобы оспорить арест. 24 мая «Газпром» подал ходатайство об отмене этого решения. Слушания по делу прошли в начале июня, и 8 июля Люксембургский суд отклонил ходатайство «Газпрома». Теперь российская компания «прорабатывает дальнейшие шаги по защите своих интересов».

Все эти страсти – продолжение истории февраля 2018 г., когда Стокгольмский арбитраж по разбирательствам между «Газпромом» и «Нафтогазом» взыскал с российской стороны $4,637 млрд. Но перед этим НАК проиграла другой иск, так что с учетом обязательств украинской компании российский газовый монополист остался должен «Нафтогазу» $2,56 млрд.

С тех пор «Нафтогаз» уже полтора года пытается арестовать активы и имущество «Газпрома» в Европе. «Нафтогаз» в разное время подавал иски в суды Великобритании, Швейцарии и Нидерландов – повсюду, где зарегистрированы дочерние структуры «Газпрома». Но по большей части без особых успехов.

Например, в июне прошлого года Высокий суд Англии и Уэльса сначала согласился с доводами «Нафтогаза» и принял решение об аресте активов «Газпрома» на своей территории. Но затем, в сентябре, отменил собственное решение, только запретив отчуждать акции зарегистрированной в Великобритании компании Nord Stream (оператор «Северного потока-1»). Уже в марте нынешнего года Высокий суд Англии и Уэльса приостановил судебный процесс в Великобритании до окончания рассмотрения газпромовской апелляции в суде округа Свеа (Швеция) по стокгольмскому решению.

Похожие события происходили в Швейцарии. Там суд кантона Цуг в январе нынешнего года отменил свое постановление о наложении ареста на акции «Газпрома» в Nord Stream и Nord Stream 2.

Что можно забрать?

Под угрозой оказались такие активы российского газового гиганта, как кредиты, средства на счетах, ценные бумаги и, возможно, недвижимость. В герцогстве зарегистрирована компания-эмитент газпромовских еврооблигаций Gaz Capital. Выпуская евробонды, «Газпром» ежегодно привлекает 1-2 млрд евро. Также люксембургские отделения крупных мировых банков – кредиторы «Газпрома», соответственно, у российской компании имеются счета в этих банках.

Потенциально их могут арестовать, но пока неизвестно, какой объем средств может находиться на этих счетах. Если у «Газпрома» уже есть кредиты и он будет возвращать их банкам, то перечисляемые средства могут арестовываться и до банков не доходить. В итоге «Газпром» будет записывать, что отдал эти деньги банкам, а банки будут говорить, что они до них не дошли. Юридически это спорный вопрос: чьи деньги арестовываются – газпромовские или банка. Также «Газпром» не сможет больше брать кредиты в люксембургских банках – ему придется кредитоваться в других юрисдикциях.

В опубликованном 15 августа интервью «Украинской правде» исполнительный директор «Нафтогаза» Юрий Витренко рассказал, что «Нафтогаз» намерен до конца 2020 г. взыскать с «Газпрома» около $3 млрд в рамках исполнения решения Стокгольмского арбитража по спору между компаниями. По его словам, сумма арестованных активов «Газпрома» по искам «Нафтогаза України» уже превысила $3 млрд.

«Мой прогноз, что до конца 2020 года мы взыщем всю сумму – около $3 млрд. Мы начнем в середине 2020-го и закончим взыскание к концу 2020 года, – сказал Витренко. – У «Нафтогаза» пока нет разрешения на реализацию этих активов в рамках процедуры принудительного взыскания долга. В Англии законодательство построено так, что если замороженные активы соизмеримы с суммой долга, то суды ждут решения апелляции. В Голландии можно реализовывать активы до решения апелляции, но там «Газпром» использовал все правды и неправды: заявил, что они не получали уведомление о начале процесса. В результате процесс затянулся и слушания по нему будут только в декабре. После этого мы ожидаем, что ближе к середине 2020 года начнется принудительное взыскание долга – активы в Голландии начнут продаваться».

По его словам, общая сумма арестованных активов превышает задолженность «Газпрома». «Общая сумма, если отталкиваться от оценки замороженных активов, значительно превышает то, что они нам должны. Скажем так: она превышает $3 млрд», – подчеркнул топ-менеджер «Нафтогаза».

«Сериал» продолжается

В «Газпроме» признают, что в декабре 2019 г. в Нидерландах начнутся аналогичные слушания по принудительному взысканию активов «Газпрома» по иску «Нафтогаза». В начале этого лета стало известно, что Окружной суд Амстердама арестовал принадлежащие «Газпрому» акции BSPC — оператора газопровода «Голубой поток», по которому идет газ в Турцию.

Одновременно был наложен арест на погашение задолженности нидерландских компаний группы «Газпром» перед материнской компанией (средства остаются в распоряжении этих компаний). И то и другое стало результатом того, что в Нидерландах «Нафтогаз» 17 сентября 2018 г. подал ходатайство о признании и приведении в исполнение арбитражного решения по делу о транзите.

В «Газпроме» уже заявили, что будут дальше оспаривать решение Люксембургского суда и демонстрировать, что «Нафтогаз» злоупотребляет своим положением с точки зрения подачи исков. Дескать, он подал иски в разные страны на уже гораздо большую сумму денег, чем «Газпром» ему должен по решению Стокгольмского арбитража.

Второй аргумент россиян: с юридической точки зрения решение Стокгольмского арбитража нельзя считать окончательным, так как «Газпром» с ним не согласен и еще в марте 2018 г. подал апелляцию, а в мае – подал в суд заявление о полной отмене арбитражного решения. Пока не будет принято решение по апелляции, якобы невозможно требовать выполнения стокгольмского решения, в том числе арестовывать газпромовские активы в Европе. А слушания в Шведском окружном суде по оспариванию решения Стокгольмского арбитража пройдут только в сентябре-октябре 2020 г.

Теоретически шведы могут отменить решение по нескольким основаниям: отсутствие юрисдикции, процессуальное нарушение или неправильное применение правовой нормы. Однако сейчас все выглядит так, что российская компания не особо рассчитывает на победу: «Газпром» уже зарезервировал на своих счетах $2,6 млрд на случай необходимости все-таки заплатить Украине.

Между тем глава «Газпрома» Алексей Миллер попросил правительство РФ поддержать проект строительства крупнейшего в России газохимического комплекса по переработке и сжижению газа на побережье Балтийского моря рядом с портом Усть-Луга (Ленинградская обл.). В письме премьер-министру РФ Дмитрию Медведеву Миллер предлагает присвоить проекту статус «имеющего общегосударственное значение для экономики» и проработать вопрос о предоставлении субсидии в размере 1 трлн руб.

Стоимость всего комплекса – 2 трлн руб., из которых «Газпром» готов сам оплатить половину, а вторую половину хотел бы получить от государства. Эти деньги, как и сама стройка, пришлись бы очень кстати газовому монополисту, быстро теряющему доходы из-за падения цен на газ и проблем со сбытом в Европе.

К тому же это неплохая возможность «попилить» бюджет в интересах руководства «Газпрома», которое формально объясняет необходимость строительства стремлением вытеснить американцев с европейского рынка СПГ. С другой стороны, то, что руководство «Газпрома» делает ставку на сжиженный газ (доставляемый заказчику по морю), говорит о том, что в компании уже не верят в благополучное завершение «Северного потока-2», в эффективность «Турецкого потока», а может, и в то, что получится на долгий срок договориться о транзите с Украиной.


Денис Лавникевич / Деловая столица
Поделитесь.





Новости партнеров