воскресенье, 21 июля 2019 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

План Медведчука: Почему языковой закон придется защищать в суде Важное для украинцев решение относительно языкового законопроекта зависло в воздухе

Верховная Рада приступила к принятию в целом законопроекта «Об обеспечении функционирования украинского языка как государственного». Однако процесс забуксовал. Виной тому предвыборная кампания.

Важное для украинцев решение относительно языкового законопроекта зависло в воздухе.

«Все депутаты делают вид, что их беспокоит этот закон, хотя большинство беспокоят президентские выборы, они ими занимаются. Посмотрите, вчера у нас было пламенное выступление Юлии Владимировны (Тимошенко – ред.), после того она покинула (сессионный зал – ред.) и где она? Ее нет. Вчера все видели, как «Батькивщина» тянула время, такое возможно, и такое может дальше происходить – это еще затянет время. Но в другой закон войти мы не имеем права», – объяснил главную причину медленного рассмотрения поправок к законопроекту – а их 2,5 тысячи – народный депутат Алексей Гончаренко. То есть, если ВР начала рассматривать законопроект, то после этого должно быть решение: либо его поддерживают, либо нет, отложить рассмотрение нет возможности.

Во вторник Верховная Рада приступила к рассмотрению важного и, одновременно, довольно щекотливого языкового законопроекта. Его презентовал один из соавторов Николай Княжицкий. После чего депутаты начали рассматривать поправки. За вчерашний день дошли только до 120-й. То есть, если процесс будет продолжаться такими темпами, к окончательному голосованию депутаты придут в лучшем случае 21 марта, а в худшем – в апреле, ведь неделя перед выборами президента в ВР не пленарная. И, очень похоже, что затягивание рассмотрения языкового законопроекта – тактический шаг, к которому прибегают отдельные политические силы. Цель ясна: выбить из рук Петра Порошенко один из его главных предвыборных козырей – язык.

Кроме чисто редакционных поправок, которые проходят быстро – депутат озвучил, Княжицкий объяснил позицию комитета, парламент автора поправки не поддержал – существуют и другие, политические. Их представляют два парламентских крыла некогда монолитного «Оппоблока». Их предложения (710 только от депутатов из «Оппоплатформы») также не получают поддержки, однако спикеры используют сессионный зал для провозглашения речей с предвыборным подтекстом.

Угроза для языкового закона

Чтобы долго не расписывать, кто и что говорит, обратимся к недавнему заявлению Виктора Медведчука, в котором в сконцентрированном виде изложены все эти позиции. Итак, главный адвокат России в Украине делает акцент на следующем: нормы законопроекта №5670-Д не корреспондируются с положениями статей 10, 11, 12, 22 Конституции Украины, не соотносятся с ратифицированными Украиной Европейской хартией региональных языков или языков меньшинств, Рамочной конвенцией о защите национальных меньшинств и Международным пактом о гражданских и политических правах. Другие замечания по типу ограничения русскоязычных граждан при допуске к государственным делам – манипулятивные, поэтому вряд ли заслуживают внимания. Когда будет стоять вопрос получения государственной должности, на должном уровне украинский выучат все. Что касается апелляции Медведчука (смотри – всех пророссийских политсил) к нормам Конституции и нормам международного права, то на этом стоит остановиться, ведь именно это в перспективе может стать основанием для попытки оспорить закон в Конституционном суде и критики Украины со стороны европейских институтов. Не зря же противники закона апеллируют к тому, что его перед принятием нужно было показать Венецианской комиссии.

Следовательно, статья 10 Основного Закона прямо указывает, что государственным языком в Украине является украинский язык, государство обеспечивает всестороннее развитие и функционирование украинского языка во всех сферах общественной жизни на всей территории Украины. Вместе с тем, этой же статьей гарантировано свободное развитие, использование и защита русского, других языков национальных меньшинств Украины. Противники языкового закона делают акцент именно на этом. Так же они играют на нормах статьи 11, где записано, что государство содействует консолидации и развитию украинской нации, ее исторического сознания, традиций и культуры, а также развитию этнической, культурной, языковой и религиозной самобытности всех коренных народов и национальных меньшинств Украины.

Статья 12 декларирует обеспечение государством удовлетворения национально-культурных и языковых потребностей украинцев, проживающих за пределами государства. Если закон о государственном языке примут, то он будет только способствовать выполнению государством своих функций по защите украиноязычных украинцев. Поэтому здесь претензии к языковому законопроекту непонятны.

И, наконец, статья 22 – при принятии новых законов или внесении изменений в действующие не допускается сужение содержания и объема существующих прав и свобод. Противники усиления статуса государственного языка настаивают, что после принятия закона «Об обеспечении функционирования украинского языка как государственного» сузятся права и свободы представителей национальных меньшинств.

Для того, чтобы понять манипулятивность в заявлениях Медведчука, Шуфрича, Нимченко и других, обратимся к нормам, предусмотренным законопроектом №5670-Д. Николай Княжицкий с парламентской трибуны опроверг несколько мифов. По его словам, законопроект не регулирует частное общение и языки религиозных обрядов, не создается языковая полиция, языковые инспекторы, законопроект не предусматривает уголовную ответственность за использование любого другого языка или любое нарушение закона. Санкции – это больше административная ответственность: штрафы, предупреждения, лишения лицензии. Здесь стоит вспомнить, сколько в свое время было шума из-за запрета курения в кафе, ресторанах и общественных местах. Мол, нарушают права курильщиков. Очень скоро к запрету привыкли.

Документ также не регулирует и не запрещает использование других языков: использование крымскотатарского, языков коренных народов и национальных меньшинств будет регулироваться другим законом, его должен разработать и внести в парламент Кабинет Министров в течение 6 месяцев. Законопроект не предусматривает и обязательной сертификации на знание языка для всех граждан. Но она является одним из условий для занятия высших государственных должностей, и это соответствует европейской практике. Подтверждение уровня владения языком для других лиц: военнослужащих, медицинских работников – не требует сдачи дополнительных экзаменов, для этого достаточно того, что человек в школе изучал украинский язык. У нас в школах его изучают все. Княжицкий даже пошутил: «Вы прекрасно понимаете, если кто-то будет кричать на улице «помогите», то полицейский не должен у него спрашивать паспорт, а должен оказать помощь, на каком бы языке этот человек не обращался».

Противники языкового закона пугают закрытием СМИ, которые выходят на негосударственном языке. Этого также не будет, подчеркнул Княжицкий. Норма об обязательном дублировании контента на украинском вступает в силу через 30 месяцев после принятия закона и не касается языков Европейского Союза (официальными языками ЕС являются 24 языка, среди них русский, польский, румынский и венгерский, носители которых проживают в Украине). То есть, времени для технологического обеспечения дублирования более чем достаточно.

Обслуживание потребителей и медицинская помощь осуществляется на государственном языке. Однако, если на «Доброго дня» от врача пациент ответит «Здравствуйте», это не означает, что он не получит надлежащей услуги.

Отдельно о новых бюрократических органах – это еще один пункт критики языкового законопроекта. По словам Княжицкого, создаются лишь два органа – Национальная комиссия по стандартам государственного языка и Уполномоченный по защите государственного языка. И главное: подавляющее большинство норм закона вступает в силу через два года. В некоторых случаях эти сроки и больше, как например, для печатной прессы. Таким образом, длительный переходный период лишает противников закона о государственном языке их главного козыря: если завтра примут этот документ, то всех русскоязычных заставят разговаривать на украинском. Однако государству нужно готовиться защищать языковой закон в Конституционном суде, куда, скорее всего подадут иск сторонники продолжения культурной оккупации Украины Россией.

Напоследок о страшилке – Киев будет иметь проблемы с европейскими правозащитными организациями. Действительно, наше государство ратифицировало международные документы, о которых говорят противники языкового закона. Но законодательство каждого государства является для него приоритетным, поскольку у каждого государства могут быть или возникнуть обстоятельства, которые побуждают его к усилению тех или иных норм. К примеру, прибалтийские страны не первый год получают замечания от европейских структур за жесткие нормы относительно владения государственным языком. Однако Эстония, Латвия и Литва исходят из интересов титульной нации, которую максимально защищают на законодательном уровне. Поэтому слушают замечания из Брюсселя, но не слишком прислушиваются. И что-то никто не слышал о суровых наказаниях в отношении них.

И, последнее. Из Евросоюза уже звучат призывы перенести принятие закона о функционировании украинского языка на поствыборный период. Их на днях озвучила комиссар Совета Европы по правам человека Дуня Миятович. Эту даму обеспокоило, что «в контексте избирательной кампании такие дискуссии часто становятся поляризованными и не способствуют принятию сбалансированных решений». Видимо, Миятович не сообщили, что в первом чтении законопроект №5670-Д приняли еще в начале октября, то есть, за три месяца до официального старта избирательной кампании. Сейчас же рассмотрение законопроекта намеренно политизируют: одни – из-за прислуживания России, другие – потому что хотят помешать Порошенко.

Впрочем, стоит напомнить, кто такая Дуня Миятович, чтобы стало понятно, почему ее заявление появилось так вовремя для противников закона о языке. Когда-то она была представителем ОБСЕ по свободе СМИ, и в 2016 году под ее кураторством издавались брошюрки «Две страны – одна профессия», в которых содержались призывы к диалогу украинских и российских журналистов. Вице-спикер украинского парламента Ирина Геращенко тогда жестко отреагировала на такое безобразие: «Правда в том, что уже год в ОБСЕ со стороны РФ заблокировано избрание нового представителя по вопросам свободы слова и медиа, а Дуня из Сербии удержалась там благодаря позиции и поддержке РФ». Впоследствии Миятович ушла на повышение, став комиссаром Совета Европы по правам человека, но после этого она, похоже, продолжает смотреть на Украину через кремлевские очки. Поэтому учитывать Дунину «обеспокоенность», которой сразу ополчились враги украинского языка, резона нет. Пусть себе говорит, нам свое делать…


Юрий Васильченко / Depo.ua
Поделитесь.





Новости партнеров