понедельник, 22 октября 2018 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

Чем аукнутся Украине переговоры Лукашенко с Путиным Итог переговоров в Сочи пока не озвучен, но их последствия для Украины уже есть

Президент Беларуси Александр Лукашенко на переговорах в Сочи хотел как можно быстрее получить обратно российскую «нефтяную субсидию» и всю прочую поддержку белорусской экономики. Но его желания разбились о ледяное спокойствие российского лидера. Итог переговоров пока не озвучен, но последствия для Украины уже есть.

Президента Беларуси поставили «в режим ожидания»

Путин действовал в «фирменном стиле», заставив своего ближайшего союзника ждать два часа – именно настолько он опоздал на встречу. Уже по протокольным, на камеру, речам белорусского и российского президентов было видно: первый торопится и нервничает, второй – спокоен и готовится размеренно «тянуть жилы» из своего визави.

Кроме нового премьера Сергея Румаса Лукашенко взял с собой в Сочи заместителей премьера Игоря Ляшенко, Игоря Петришенко, Михаила Русого, министра иностранных дел Владимира Макея. С российской стороны, как и с белорусской, присутствовали ключевые фигуры правительства: премьер Дмитрий Медведев, министр финансов Антон Силуанов, вице-премьеры Алексей Гордеев и Дмитрий Козак, а также новый посол России в Беларуси Михаил Бабич.

Белорусский президент явно торопил Путина, несколько раз давая понять, что цена вопроса не такая уж и серьезная. По словам Лукашенко, проблемы, которые они обсуждают, не такие уж сложные и нужно просто принимать решения.

«Хотя с финансовой точки зрения некоторые тяжелые, поскольку увязаны большие финансовые потоки. Тем не менее их надо решать, и многое сделано для того, чтобы решить и в сельском хозяйстве проблемы, и в нефтегазовой сфере», – уточнил он. И не забыл немного прогнуться: «Вы правильно сказали, мы договорились встретиться здесь в более широком кругу. Именно в этом кругу мы тогда и определили должностных лиц, которые должны будут участвовать в этих переговорах».

Путин перед телекамерами отделывался общими фразами, тогда как по Лукашенко было заметно, как мало времени у него на решение экономических вопросов для подведомственной ему страны: «Мне премьер докладывал после последней встречи с премьер-министром России: очень интересные есть выходы на решение многих вопросов, и, если мы будем двигаться в этом направлении, я уверен, что мы до конца года практически все вопросы развяжем».

Пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков заранее предупредил журналистов, что «переговоры обещают быть достаточно продолжительными по времени и содержательными по контенту». Песков пояснил, что «вопросов на повестке дня много, потому что отношения двух союзных государств очень насыщенны и многовекторны». Он также признал наличие проблем в контактах с Минском: «Беларусь – наш ближайший союзник и экономический партнер. Объем отношений во всех сферах настолько велик, что эти отношения не могут осуществляться и существовать без шероховатостей. Это рабочие шероховатости, которые урегулируются».

Потом камеры выключили, и что на самом деле происходило за закрытыми дверями следующие шесть часов – неизвестно. Хотя в белорусско-российских отношениях есть закономерность: результативность переговоров Путина и Лукашенко обратно пропорциональна их длительности. Да и после переговоров белорусский и российский лидеры с прессой общаться не стали.

На следующий день сразу с утра, уже в Минске, Лукашенко собрал своих министров, а также рассказал рассказал о беседе с Путиным.

«Основная часть переговоров была один на один. Переговоры длились долго, и если откровенно, то это были даже не сложные, а тяжелые переговоры. Но результативные, – поведал начальник Беларуси. – Конкретные вопросы у нас, известные вопросы, по ОДКБ, прежде всего, председательства в ОДКБ и развития этой организации. Много внимания мы уделили болезненным вопросам в рамках СНГ, которые касаются наших обоих государств. Прежде всего – Украина… Мы обсуждали вопрос о рефинансировании долга в $1 млрд. И здесь тоже отторжения не было никакого. Также о выделении Минску кредитных ресурсов ЕФСР в общем объеме $2 млрд. Мы получили пять траншей. Остался шестой и седьмой. Я не вижу никаких проблем с выделением шестого транша, и, как было заявлено, можно решить вопрос по седьмому траншу. Думаю, что это решаемый вопрос. Шестой транш Беларусь получит в ближайшее время. Седьмой – это уже дело активности прежде всего белорусских членов правительства».

Однако более болезненные вопросы все же были не эти – а взаимные торговые барьеры и, конечно, «нефтяной» вопрос.

«Мною был поставлен вопрос, притом жестко, что нам негоже действовать таким образом, как  сейчас. Особенно со стороны России. Что-то не понравилось – закрыли предприятие. И сегодня четыре с половиной десятка молокоперерабатывающих предприятий и, наверное, два с половиной десятка мясоперерабатывающих не имеют возможности в полном объеме поставлять свою продукцию на российский рынок», – сказал Лукашенко.

Что же до нефти, то, по его словам, самый главный вопрос, который обсуждался, был связан с возвратом денежных средств от «перетаможки» сырой нефти в белорусский бюджет. А также вопрос переработки в Беларуси темных нефтепродуктов, к примеру, мазута, который покупался белорусскими компаниями у российских, перерабатывался, а нефтепродукты реализовывались на белорусском и зарубежных рынках.

«Это непростой, сложный вопрос. Мы выработали два варианта и договорились с президентом России, что мы эти два варианта обсудим в Минске. И потом в Душанбе окончательно согласуем решение этого вопроса», – отметил Лукашенко.

Договоренностей нет, но последствия уже есть

Несложно догадаться, почему Лукашенко упомянул Украину в своем спиче: именно сюда идет порядка половины реэкспортируемых из России через Беларусь углеводородов – бензина, дизтоплива и сжиженного газа. И этот реэкспорт вызывает большие нарекания в Кремле.

По данным «Нефтегазовой ассоциации Украины», поставками из Беларуси обеспечено 45% украинского рынка бензина и 35% потребляемого дизтоплива. Структура импорта такова: из Беларуси поступает 40,31% всего топлива, из РФ – 37,41%, Литвы – 9,63%, других стран – 12,65%. Да, конечно, значительная часть этого – продукция белорусских НПЗ, но и там источник – российская нефть и мазут.

Если посмотреть на статистику закупок Беларусью российских углеводородов, то становится понятно: первый грозный окрик из Кремля прозвучал в начале лета. В первом полугодии страна ежемесячно ввозила из России 300-400 тыс. тонн нефтепродуктов. В январе-июле Беларусь импортировала из России 2,35 млн тонн нефтепродуктов на $912,2 млн. По сравнению с тем же периодом прошлого года в физическом выражении импорт нефтепродуктов из РФ вырос на 36,8%, в денежном – на 43,7%.

Однако уже в июле Беларусь получила нефтепродуктов намного меньше, чем в предыдущие месяцы. Согласно статданным, в январе страна импортировала из России 350,5 тыс. тонн нефтепродуктов, в феврале – 318,8 тыс. тонн, в марте – 389,3 тыс., в апреле – 396,9 тыс., а затем начался спад.  И уже в июле Беларусь по сравнению с июнем получила лишь 237 тыс. тонн, или на 18,4%, меньше российских нефтепродуктов по сравнению с предыдущим месяцем, а по сравнению с маем их объем сократился на 35,1%.

Учитывая, что Украина – один из главных их получателей по реэкспортным схемам, вполне можно ожидать, что скоро у трейдеров закончатся оперативные запасы, и на украинском рынке возникнет дефицит автомобильного топлива.

И вряд ли «белорусский краник» вновь откроется: уже подготовлено решение о том, что с IV квартала 2018 года РФ ограничивает поставки нефтепродуктов и готова поставлять их исключительно для удовлетворения внутренних потребностей Беларуси. Также проект межгосударственного решения предусматривает, что по требованию российских властей белорусские предприятия и госорганы должны будут обосновывать эти внутренние потребности. О том, что Россия планирует ограничить поставки нефтепродуктов в Беларусь в связи с их неприкрытым реэкспортом говорил 3 сентября и глава Министерства энергетики России Александр Новак.

Теперь, по неофициальной информации, в Сочи Лукашенко и Путин действительно «развязали» многие вопросы – например, по поставкам в Россию белорусских продуктов, по кредитам. Но Москва настояла на прекращении реэкспорта углеводородов. Вообще. Любого.

Также россияне снова перенесли вопрос о нефтяном «налоговом маневре» и потере из-за этого миллиардов долларов для бюджета Беларуси. Значит,по самому важному вопросу переговоры провалились.

С начала нынешнего года Путин и Лукашенко провели семь личных встреч и пять переговоров по официальной телефонной связи. На самом деле президенты встречались еще чаще, если учитывать контакты на саммитах глав государств ЕАЭС и иных международных объединений. На всех этих встречах Лукашенко пытался решить проблемы «продуктовых войн», нечестной конкуренции в Таможенном союзе и прекращения поставок нефти. Но ни одна из встреч не дала хоть каких-то значимых результатов.

Москва выжидает по ключевым вопросам, додавливает белорусскую экономику. Чтобы Лукашенко, потеряв в преддверии очередных выборов главные источники дохода, согласился на максимальное ослабление суверенитета своей страны. А там недалеко и до мечты «ватников» – превращения Беларуси в Северо-Западный край России.


Денис Лавникевич / Деловая столица
Поделитесь.




Новости партнеров



Оставьте комментарий

10 − 7 =