вторник, 17 июля 2018 | О ПРОЕКТЕ | КОНТАКТЫ

Как Россия сама у себя покупает «Роснефть» Вполне вероятно, что происходит банальный «кругооборот» акций нефтяной госкомпании с их возвращением Кремлю

В последние дни в мировых СМИ ощущается повышение интереса к приключениям почти 1/5 пакета акций «Роснефти», покупка которого «при участии европейцев» в конце прошлого года подавалась в прессе чуть ли не как первый шаг к снятию санкций с РФ, – пишет Руслан Весел для Деловой столицы. – Хотя раздутое тогда российскими СМИ «участие европейцев» заключалось в частичном кредитовании сделки итальянским банком Intesa Sanpaolo и покупке 0,5% акций формально швейцарским трейдером Glencore. Остальная часть пакета в 19,5% акций «Роснефти» была куплена катарским суверенным инвестфондом QIA.

В том, что эти две компании являются окончательными владельцами пятой части крупнейшей российской энергетической госкомпании, эксперты засомневались сразу же после новостей о прошлогодней сделке. Однако многих в начале сентября все же удивила перепродажа катарцами части их доли в «Роснефти» китайской компании «Хуасинь» (CEFC), да еще и бурная радость, которую выражал по этому поводу глава госкорпорации Игорь Сечин. Хотя бы потому, что эта новость появилась всего через пару дней после оглашения в суде над бывшим министром экономического развития РФ Алексеем Улюкаевым записи его разговора с Сечиным во время передачи якобы взятки. В ходе этой беседы два российских топ-чиновника долго обсуждали именно предстоящую приватизацию части «Роснефти». И пришли к согласию, что азиатские партнеры не должны рассматриваться как лучшие покупатели. В частности, на слова Улюкаева, что «ни китайцы, ни индусы не нужны совершенно…», Сечин отвечает: «С ними никакой синергии уже не будет». И тут бурная радость по поводу китайского инвестора.

Тем более такого, которого даже российские СМИ уже называют конгломератом «с неясной структурой собственности и своеобразной философией», которая выразилась, например, в нежелании президента CEFC Чан Чауту встречаться с руководством «Роснефти» во время своего недавнего пребывания в Москве (из-за якобы перенасыщенного графика). А ведь СМИ сообщают о грандиозных совместных планах двух компаний. Например, о наращивании «Роснефтью» на 10 млн т поставок нефти в КНР в следующем году. Правда, тут же оговариваются, что транспортных возможностей для этого пока нет.

Неясности в ситуацию добавил Reuters, вообще охарактеризовавший китайскую компанию как потенциального банкрота, так как уже анонсированный кредит на покупку у катарцев 14,16% акций «Роснефти» доведет долг CEFC до 160 млрд юаней (около $24 млрд) при том, что активы китайской компании оцениваются в 169 млрд юаней. Но, видимо, для «Роснефти» такой партнер кажется вполне приемлемым. Ведь у нее самой долги на конец первого полугодия этого года доросли до $37, 5 млрд и вырастут еще: днями компания объявила о размещении облигаций на сумму в 1 трл руб. (больше $17 млрд).

И вот тут начинается самое интересное. Как выяснилось, заявленный ранее кредитором этой сделки Китайский банк развития присоединится к ней только на следующих этапах. А первоначальный кредит CEFC в $5,1 (по другим данным в 6,7) млрд, недостающих китайцам для сбора необходимой суммы в $9,1 млрд, предоставит российский государственный банк ВТБ. Чем не только «съест» почти все свои свободные финансы, но и пойдет вразрез с пожеланиями российского президента, негативно относящегося к участию российских государственных банков в приватизации российских же активов. К тому же ВТБ пойдет против воли Владимира Путина уже во второй раз, ведь именно он год назад первым предоставил кредит катарско-швейцарскому консорциуму на покупку акций «Роснефти». Итальянский банк тогда не спешил с предоставлением своих денег, а Кремлю нужно было отрапортовать о приемлемом дефиците бюджета-2016 в 3,7%.

Поэтому многие задаются вопросом: зачем все эти сложности с непонятным инвестором и не нравящимися «Самому» условиями сделок. И называют три основные версии происходящего.

Наиболее часто называемая версия причин «сброса» катарским QIA акций «Роснефти» — их «токсичность», из-за которой итальянский банк не смог привлечь себе никого в помощь по кредитному обслуживанию сделки (вел он переговоры о перепродаже катарских обязательств по ней с более чем десятком банков, но никто рисковать не хочет). А ведь почти год назад они таковыми не казались. Россия и ряд ее партнеров на Западе убедили сами себя в том, что после прихода Дональда Трампа в Овальный кабинет санкции снимут чуть ли не первым президентским указом.

Сама сделка происходила под звон бокалов Жириновского, праздновавшего победу «Трамп-наша», а уж после ее заключения информационный вой «санкциям конец» подхватило очень много СМИ, в том числе и на Западе. Но «порядок побил класс». Несмотря на всю «красоту игры» кремлевских чекистов, Трамп стал не смертельной инъекцией приговоренному Москвой Западу, а наоборот — прививкой. Болезненной, заставившей «отлежаться», но все же прививкой, уже не давшей популистической заразе победить в ключевых органах западного политического тела — Нидерландах, Франции и Германии. Да и место инъекции — США — начало с такой скоростью вырабатывать антитела (в том числе и санкционные), что под угрозой уничтожения (хоть и не скорого) оказался не только вирус, но и его кремлевский источник. В таких обстоятельствах связываться с российской энергетикой, отдельной строкой упомянутой в новых санкционных американских законах, могут только упомянутые в этих же законах Иран и КНДР. Или КНР, в силу экономической мощи считающая себя немножко «равнее других» в геополитическом «Скотном дворе» (но и китайцы перестраховались, действуя через компанию с неопределенными репутацией и будущим).

Вторая версия: китайцы и были изначальными покупателями, а вся шумиха об «участии европейских партнеров» затевалась именно для демонстрации моральной готовности Запада к скорому снятию санкций. Но вместо длительного (о том, что их не снимут моментально, в Кремле осознавали) процесса отмены санкций начался тоже длительный процесс их усиления из-за вмешательства РФ в американские выборы, ставшего очередным звеном в цепи российских ошибок, начатой с аннексии Крыма. И вот «токсичные» акции уже начинают обжигать пальцы их временным держателям, а у CEFC денег на их выкуп не хватает, и Банк развития Китая нужную сумму еще не собрал. Ведь вполне возможно, что «европейские партнеры» должны были считаться покупателями части «Роснефти» до того времени, пока реальные инвесторы не начали бы возвращаться в РФ. Поэтому и спешка, и новое привлечение денег из государственного российского банка вопреки царственному пожеланию.

Ну и третья версия, которая может отчасти объяснить и то, почему глава CEFC не нашел времени на встречу с руководством «Роснефти». Она состоит в том, что и эта китайская компания не является окончательным покупателем пакета. А является им все то же российское государство в лице принадлежащего ему ВТБ (может, пока, а потом тот же «Роснефтегаз» их выкупит обратно). Возможно, CEFC уже не является окончательным покупателем — то есть изначально таковым была, но из-за усиления «токсичности» пакета в свете новых американских санкций решила все-таки им не становиться. И просто доигрывает свою роль в спектакле со слегка изменившимся финалом. А может, вообще таковым не была.

То есть через некоторое время после выделения кредита ВТБ и покупкой за его счет акций китайцами последует сообщение то ли о банкротстве CEFC, то ли о неспособности выполнить свои обязательства именно по этой сделке, так как китайский банк не сможет помочь с перекредитованием. Результат — возвращение акций в «родную гавань», сопровождаемое сообщениями российским телезрителям, что Россия и акции вернула, и денежку какую-то заработала, хотя в реальности все может быть наоборот (ну это, конечно же, если в российских телеэфирах, занятых обсуждением украинских событий, на это найдется время, так что вполне можно ожидать «анонсирования» сообщения о возвращении акций «в гавань» обострением на фронте или каким-нибудь резонансным терактом в Киеве).

Аргументом в пользу версии о «кругообороте» акций с их возвращением Кремлю является фигура главного продвигателя приватизации части «Роснефти» — главы этой компании Игоря Сечина, считающегося многими второй по влиятельности фигурой в РФ. Во многих статьях (в том числе аналитических) и весьма интересной книге Михаила Зыгаря «Вся кремлевская рать» он изображается как патриот-государственник, ярый противник приватизации российских энергетических активов, а тем более иностранцами. И именно этим объясняется его атака на «ЮКОС» Михаила Ходорковского в 2003 г.: акции крупнейшей на то время энергокомпании РФ якобы планировалось «уйти» западным компаниям.

Поэтому его активность в приватизации госпакета акций «Роснефти» сразу же вызывала подозрения и версии, что госкомпания в конце концов «сама себя выкупит». И устранение Улюкаева — противника перекладывания денег из одного государственного кармана в другой, как это случилось в деле приватизации «Роснефтью» тоже государственной «Башнефти» — в данном контексте выглядит имеющим целью убрать его подальше от этого «кругооборота». О чем свидетельствует и запись «взяткодавательного разговора», в которой Сечин ни слова не сказал о будущих покупателях, а только рассказывает о проблемности азиатских партнеров: китайцев, японцев, индусов.

А ведь разговор имел место в середине ноября прошлого года, в то время как приватизационная сделка была заключена в начале декабря. Что дает все аргументы предположить: Сечину уже были известны будущие покупатели, ведь по сделке такого уровня в тот момент должны были бы идти интенсивные переговоры. А вот Улюкаев ничего не ведал, хотя его уже должны были бы к тому времени уведомить, но, видать, Сечин этого и не планировал: знал, что из его кабинета министр отправится точно не в свой, а в следовательский.

Но есть и версии о том, что «государственнический» имидж Сечина несколько преувеличен, по крайней мере в последние годы, следующие за его вторым браком. Более года назад российские СМИ начали публиковать материалы о роскошных вояжах Ольги Сечиной на не менее роскошной яхте стоимостью в $150 млн. Сечин против этих СМИ судился, суды выигрывал, но публикации (даже в России) не прекращались. В этом контексте и многократное (ВТБ — итальянский банк — катарско-швейцарский консорциум — опять ВТБ — китайская CEFC- а потом опять же ВТБ, то есть российское государство) перепродавание 10-миллиардного (в долларах) пакета акций «Роснефти» не может не вызвать подозрений. Например, в том, что в ходе этих перепродаж к чьим-то рукам не прилипнет толика малая. Тем более что китайцы уже заявили о покупке у катарцев пакета акций с 16% премией над среднемесячной ценой акций «Роснефти», а это уже вызвало осторожный ропот российских СМИ: кредит ВТБ потенциальному банкроту явно включает в себя и ее. И какая-то ее часть присоединится «блудному триллиону» долларов, вывезенных российской элитой из вечно встающей с колен страны (с такой элитой и не мудрено).

И возрастанию подобных подозрений способствует недавний скандал вокруг «Роснефти». В мае Алексей Навальный сообщил о намерении «Роснефти» закупить разнообразной утвари на 5 млн руб. В частности, серебряных чайных ложечек стоимостью 15 тыс. руб. каждая, стаканов для воды по 11,7 тыс. руб., икорниц по 83 тыс. руб. и пледов по 124 тыс. руб. за штуку. Через месяц Игорь Сечин заявил, что отменил эту попахивающую «откатами» закупку, как только о ней узнал. Но все равно «осадок остался», тем более что первоначальная реакция «Роснефти» была несколько иной: глава ее пресс-службы Михаил Леонтьев набросился на обвинителей с вопросами: «Неужели сам Навальный жрет руками и вытирается рукавом?». При этом он называл закупочные цены на «предметы интерьера» разумными, отмечая необходимость качественной посуды на воздушном судне, на котором летают топ-менеджеры и партнеры «Роснефти». Вряд ли он так распинался бы в защиту нерадивой дальневосточной «дочки» госкомпании, на которую вина за скандал была возложена Сечиным. А не ради кого-то из московского офиса «Роснефти», кто санкционировал эту (и, наверное, не только ее) закупку.


Поделитесь.




Новости партнеров



Оставьте комментарий

восемнадцать − один =